Книга Невеста проклятого герцога, страница 53 – Эва Морей

— Это… — начинаю я, — … да. Обнимай.

Сарказм отказывается работать. Он придвигается ближе – сантиметр за сантиметром – и его рука ложится мне на талию. Легко, почти невесомо. Но так уверенно, что я резко перестаю понимать собственное тело.

— Ты дрожишь, — шепчет он у моего уха.

— Я дрожу… от холода, — вру самым убедительным из своих неубедительных голосов. — Опасно холодно, просто ледяная пустошь. Спасибо, что согреваешь, я бы уже отморозила всё, включая пальцы на ногах.

Он тихо, едва слышно усмехается. Горячее дыхание касается моего виска. Он притягивает меня мягко – но так уверенно, что спорить бессмысленно. Его ладонь медленно скользнула вверх – от талии к ребрам, к плечу – будто проверяя, дышу ли я вообще. Я дышу. Только слишком быстро.

Он не комментирует. Не объясняет и не пытается успокоить. Просто держит меня. Тепло расползается по телу, делая мышцы мягкими, словно я действительно таю – но не от жара. От его близости.

Глаза начинают слипаться. Где-то на границе сна я чувствую, как он чуть прижимает меня еще сильнее к себе, почти неосознанно. И его голос - очень тихий, сонный:

— Сладких снов, беда моя.

И я проваливаюсь в сон – защищённая, окутанная теплом, будто меня держит не мужчина, а дракон, который решил: вот так – правильно.

Следующее утро началось с письма.

Точнее, с моего пробуждения в пустой кровати, что само по себе уже было нерядовым событием. Рейв всегда поднимался первым, но оставался рядом до моего пробуждения. А сейчас я могла раскинуться хоть в позу «морской звезды», хоть в позу «умирающего лебедя», совершенно без риска попасть в неловкую ситуацию с горячим драконом.

Сон исчез мгновенно, как только я осознала пустоту рядом.

Я быстро приняла ванну, а потом позвала Лину помочь с платьем. За последние дни мы сроднились настолько, что она научилась определять мое беспокойство по тому, как я морщу бровь, даже когда сама этого не замечаю.

— Лина… а где герцог? — спрашиваю я, хотя она только что узнавала где я намерена завтракать.

— Его Светлость с раннего утра в кабинете, — деловито произносит Лина, вдевая последнюю шпильку. — Даже завтрак велел подать туда.

Сердце у меня екает. Что-то случилось – это было ясно. И, не знаю, имею ли я на это право, но… после нескольких ночей, проведенных вместе, вторгнуться в кабинет герцога кажется не дерзостью, а максимум семейной наглостью. Причем совершенно незначительной. Поэтому я бегу туда со всех ног.

У высоких дверей кабинета меня внезапно настигает конвульсия вежливости. Я отрывисто стучу в двери и тут же сама же их распахиваю. Врываюсь так, что Марена едва не давится воздухом.

В кабинете собрались все. Марена, нахмуренная и собранная. Торн – настолько серьезен, что кажется живым памятником долгу. Лестер – вытянувшийся за креслом, словно на осмотре.

И Рейв… сосредоточенный, мрачный. А еще Ламертин, который мечется по кабинету из угла в угол, как будто ищет место, где можно было бы упасть в обморок наиболее эффектно.

Не тратя времени на церемонии, я выпаливаю с порога:

— Что-то случилось?

Все поворачиваются ко мне. Рейв поднимает взгляд и я впервые вижу в нем плохо скрываемую тревогу.

— Садись, Элира, — он указывает на свободный стул.

Я сажусь. Хотя скорее падаю. Рейв продолжает:

— Ночью приехал гонец. К нам едет представитель Совета. — Он кладет на стол письмо с черной печатью. У меня внутри все медленно перекувыркнулось. — Маги уловили колебания от недавнего разрыва, а еще они собираются проверить, проведен ли ритуал слияния правильно, действительно ли ты моя истинная и… — он сжимает челюсти, — …и правда ли мой дракон пробуждается.