Книга Пособие по приручению принца. Инструкция прилагается, страница 26 – Katharina

Она посмотрела на изумленную графиню и добавила:

— А что касается принца Драко… он вам на самом деле не нужен. Поверьте, жизнь с человеком, который разговаривает с тобой, как с отчетом о инспекции крепостных стен, — сомнительное удовольствие.

В глазах Изадоры боролись ярость, унижение и…жадный, внезапный проблеск надежды. Она годами пыталась решить проблемы дома традиционными для аристократии методами — интригами, браками, демонстрацией силы. И вот эта… эта выскочка, эта «избранная», предлагает ей деловое предложение. Абсурдное. Неприличное. Но чертовски логичное.

Прошла тяжелая, долгая минута. Света видела, как в глазах Изадоры сменяются тени: ярость аристократки, чье право на конфликт оспорили; страх женщины, видящей крах своего рода; и холодный, циничный расчет политика, вдруг узревшего неожиданный выход из тупика. Весь ее мир, построенный на условностях, интригах и демонстрации силы, рушился под натиском этого абсурдного, приземленного предложения. Но... оно работало. Оно решало проблему, а не просто откладывало ее.

— Вы… вы не такая, как все, — наконец выдохнула Изадора, отбросив маску надменности. В ее взгляде теперь было лишь недоумение и усталость.

— Мне часто это говорят, — улыбнулась Света. — Подумайте над моим предложением. Две недели — и я направлю к вам королевских инженеров и договор о ссуде.

Не дожидаясь ответа, Света развернулась и пошла прочь, оставив графиню Изадору в полном смятении среди розовых кустов.

Графиня Изадора осталась стоять среди роз, но теперь ее осанка, всегда напоминающая стальной прут, слегка согнулась. Она смотрела в пустоту, и ее разум, обычно ясный и холодный, как горное озеро, был подобен бурлящему котлу. Предложение Светы било не в бровь, а в глаз. Оно было настолько точным, что становилось пугающим.

— Она знает, — прошептала Изадора, сжимая перчатки так, что тонкая кожа затрещала. — Боги, она знает все. Про рудники. Про долги. Про то, что мы уже заложили фамильные драгоценности...

Мысль о том, что их финансовую катастрофу, которую клан Вэйлорнов тщательно скрывал годами, кто-то разглядел по потускневшей нити на рукаве, была унизительна. Но за унижением просыпался иной, давно забытый инстинкт — надежда. Она годами металась в паутине собственных интриг, чувствуя, как с каждым днем эта паутина становится все слабее, а добычи в ней все нет.

Брак с Драко? Да, это была отчаянная попытка вытащить выигрышный билет, прикрыть финансовую дыру статусом и приданым, которое король обязательно выделил бы за брак с принцем. Но она не была глупа. Она видела, как принц смотрел на эту Лилианну — нес любовью, нет, но с каким-то животным, собственническим интересом как к "своей" вещи. Проиграй она дуэль — и ее престиж был бы разрушен. Выиграй — нажила бы смертельного врага в лице будущей королевы. Это была игра с нулевой суммой. А тут... инвестиция. Технологии. Инженеры. Это звучало так... приземленно. Так по-мещански. Но так надежно.

Она представила, как оживают заброшенные шахты, как в казну снова потечет серебро, как она сможет с гордостью поднять голову, не притворяясь, что у нее все хорошо. Она больше не будет "бедной аристократкой с претензиями", а станет уважаемым партнером короны. Мысль о том, чтобы добиться власти не через постель или дуэль, а через деловое соглашение, была революционной.