Книга Госпожа Туманной долины, или Приручить тьму, страница 118 – Диана Дурман

Едва я поверила в галлюцинации от переохлаждения или нехватки воздуха, как прямо в центре зала вспыхнул свет. Яркий, слепящий столб из прозрачного золота указал на постамент. Сосредоточив внимание на нём, я порядком удивилась тому, что не заметила его сразу. Ведь постамент был сделан будто из осколка льда – голубого и кристально чистого, но при этом источавшего ощутимое тепло.

Хоть все чувства оставались на удивление спокойными, я всё же с опаской подошла ближе. То ли глупость, то ли храбрость оказалась вознаграждена.

В вытесанном ложе на поверхности постамента обнаружилось ожерелье удивительной красоты. Или скорее его остатки. В филигранном плетении нехватало двух элементов, но это как будто ничуть не повредило общей конструкции – звенья в украшении держались крепко, несмотря на очевидные проплешины. Присмотревшись к ним, я вдруг поймала себя на мысли, что они что-то напоминают. Что-то очень и очень знакомое.

В задумчивости склонившись ближе, я заставила серьги в ушах напомнить о себе. Они будто нарочно громко звякнули, заставляя меня замереть. А ведь точно – орнамент и материалы ожерелья напоминали мне серьги, подаренные отцом!

Желая в этом убедиться, я быстро сняла одну из серёг и приложила к пустующей части. Та встала как влитая. Застыв у постамента уже без тени страха, я ощутила поднимающуюся волну подозрений.

Вопросов к Арку стало ещё больше. Сомневаюсь, что брат не мог знать о такой вот “мелочи”, как происхождение довольно дорогого украшения. Ведь если вспоминать все причитания моей матери, складывалось впечатление, будто мой отец был беден. Из богатств у него были лишь сильный светлый дар и протекция короля. Арка же моя мать всегда считала скорее отцовским недостатком, нежели достижением.

Естественно оставить найденную вещицу я не могла. Пришлось аккуратно сначала коснуться ожерелья, выждать, убеждаясь, что ничего не произойдёт, затем взять в руки и снова на какое-то время замер еть.

Видимо лимит неприятностей на это день был исчерпан.

Стоило об этом подумать, как зал древнего храма… вздрогнул. Затем снова и куда ощутимее. После чего начало трясти так, что стало трудно стоять на ногах. Трещины побежали по стенам, потолку и полу. Всё неотвратимо разрушалось.

Уже представив, как меня погребёт здесь вместе с находкой, я вдруг ощутила, как меня окутывает тёплый и подозрительно знакомый голубой свет. Он ласково прильнул ко мне, подняв в воздух, а затем стремительно понес куда-то, минуя падающие валуны и унося прочь от изжившего себя места, чуть не ставшего для меня могилой.

От таких кульбитов голова закружилась, и сознание стало медленно, но верно ускользать. Но прежде чем я полностью отключилась, в лицо повеяло уже родным туманом, а кто-то тихо пожелал мне «Будь счастлива, моя….»

Следующее, что я помню – крепкие руки, прижимающие к себе моё продрогшее тело и обеспокоенный взгляд мужа.

– Лора, ты меня слышишь? – донёсся как будто издалека голос Дэмиана.

Пришлось собратьпочти все свои силы, чтобы кивнуть и еле слышно спросить:

– Где мы?

– Ещё в роще. Почти у границы, – ответил муж, превращая меня в куколку бабочки с помощью плаща.

Тело продолжало потряхивать, но я не смогла не прошептать:

– Барнс и… брат Маришки. Надо спасти.

– Нет бы о себе побеспокоиться, – процедил Дэмиан, но потом устало добавил: – Не переживай и отдыхай. Об остальном я позабочусь.