Книга Госпожа Туманной долины, или Приручить тьму, страница 120 – Диана Дурман

Стараясь не шмыгать носом, я уверенно вошла в гостиную, где уже успела “промариновать” визитёра. Грубость за грубость. Явившись без предупреждения, даже будущий лорд Смолейна сам открыл для меня возможность не спешить со сборами.

Едва я вплыла в комнату, чинно шурша шёлковыми рюшами кромки голубого платья, как ждавший меня там мужчина вскинулся. Некогда уложенные волосы мышиного цвета порядком растрепались, а голубые глаза на безбородом лице метали колючие молнии.

– Сколько можно…, – разъярённо начал гость. Однако, присмотревшись к моему наряду, к уложенным на столичный манер светлым волосам, и пусть минимуму украшений, сразу понял кто перед ним. В этот же миг чужой взгляд стал оценивающим. Но он ничуть не помешал мне со всем достоинством представиться:

– Я – леди Лорена Хавардис. Прошу прощения за задержку, – с напускным дружелюбием начала я, а затем не упустила шанса по-светски показать клыки, – предупреди вы о своем визите заранее и не пришлось бы тратить так много времени на ожидание. Ещё раз прошу прощения.

Мой певучий голос стих точно так же, как и злость гостя. Подобно любому другому молодому лорду, этот мужчина оказался слаб перед леди крови. Будь здесь та же экономка или горничная наследник Смолейна точно выплеснул бы на них своё негодование. Но поступить так пусть с сосланной сюда, но урожденной аристократкой, он не мог. По крайней мере, пока та не является его женой.

Так что мужчина проглотил своё возмущениеи послушно опустился на диван с новой обивкой. Мебель в остальном поместье всё так же требовала если не замены, то хотя бы реставрации, но таких трат мы ещё не можем себе позволить. А вот привести в порядок комнату для гостей вполне. И именно она стала первой, куда я позволила себе потратить скромные средства. Иначе сейчас мне бы пришлось наблюдать не только недовольство в светлых глазах, но и брезгливость. По слухам Смолейн живёт на широкую ногу как раз благодаря их гильдии… ростовщиков.

Расположившись напротив гостя на диване-близнеце, подала знак принести чай. Горло саднило, потому теплый сбор с ложечкой мёда придаст мне сил для разговора. Дождавшись, когда наши чашки наполнят, я сдержанно кивнула, тем самым выражая свою готовность слушать.

– Лорд Эштар, – последовало короткое представление. Вслед за которым полилось сдержанное: – С письмами у вас беда, – начал издалека наследник Смолейна, поправляя щегольской сюртук. Стоил такой, как одна бутылка нашего ещё никому не известного вина. – Моё прошение затерялось где-то среди рук черни из приграничной деревни, – с неприкрытым презрением выплюнул отпрыск не такого уж древнего рода. По крайней мере, для такой заносчивости. Лорд же между тем продолжал: – Слишком они не жалуют чужаков. А наши гонцы не рискуют заходить глубже в ваши земли.

Можно было бы уточнить, что местные не жалуют только смолейнцев, но пришлось промолчать. Я ведь не хочу спугнуть будущую добычу.

– Надо же, какое прискорбное стечение обстоятельств, – произнесла со всем участием. Ещё и невинно ресницами похлопала. Так очень часто делала Миелена, когда хотела очаровать едва знакомого мужчину. Действовало всегда безотказно.

В своём же случае я хотела притупить внимание наследника Смолейна. На удивление это сработало.

– Не то слово, – ответил гость, порядком смягчившись. Правда тут же опомнился и, напустив на себя серьезный вид, добавил: – Однако я прибыл не за тем, чтобы жаловаться вам на ваших подданных. Точнее да, жалоба на них имеется, но она касается не письма.