Книга Проклятие теней и шипов, страница 84 – Л. Дж. Эндрюс

Я помнила ее мягкий, предупреждающий голос, но сейчас он звучал резко и отрывисто. Похоже, она не первый раз высказывала королеве недовольство. Горничная шлепнула ее, и мне захотелось схватить девочку в охапку и убежать. Освободить ее.

Королева Анника рассмеялась.

– Я видела, как ты это делала тысячу раз. Начнешь сама или мне нужно заставить тебя? – Анника взяла в руки поясок с вплетенной по центру дорожкой шипов. – И помни, что я знаю, когда ты меня дуришь.

Бунтарское настроение девочки ослабло. Плечи опустились, и она шагнула к королеве.

– Так-то лучше. А теперь – развлеки нас. Расскажи, что нас ждет.

Нет, не может быть. Хаосу неподвластно читать планы Судьбы. Или… Я не слышала, чтобы фейри предсказывали будущее, но и королева сказала, что девочка не совсем фейри – скорее ведьма. Любопытство во мне боролось с сочувствием. Тем временем девочка вздохнула и достала из мешочка на поясе клочок пергамента и уголек. Никакой вспышки силы или порывов ветра – она просто начала писать. Закончив, она скрутила пергамент в свиток.

– На кого первого мне прогневить Судьбу?

– Квинна Руна, – хмыкнула Анника. – Наша будущая королева.

Едва сдерживаемое презрение в ее голосе так и сквозило. Руна делала вид, что ее это ни капли не тревожило, да и не должно было – однажды она займет место Анники. Ей не было нужды гнаться за милостью королевы и выказывать ей то уважение, которое так старались продемонстрировать все остальные.

Девочка повернулась к моей сестре. Она ничего не говорила, только смотрела, – или так казалось, потому что глаз ее мы не видели. Затем достала новый свиток и начала писать.

– Игра корон начинается. В твоих глазах ты выйдешь победительницей.

В ее словах был смысл, особенно если девочка намеренно привлекала внимание к тому, что Руна станет королевой. Ее будущее при дворе и правда могло стать шахматной партией между короной, которую наденет она сама, и той, что носила Анника. Королева, очевидно, думала о том же: она смотрела, как девочка перевязывает свиток бечевкой, и в глазах ее кипел гнев.

– Что мне с этим делать? – спросила сестра, глядя на протянутый свиток.

– Съешь, сожги – не важно. Линия судьбы уже прочерчена, и нельзя ни стереть ее, ни сойти с нее.

– Как я уже объяснила, Руна, – сказала Анника, – девочку зовут дочерью Судьбы, потому что, когда она пишет свои записочки, ее истории, как ни странно, сбываются. Наслаждайся своими играми, дорогая племянница. Тебя ждут достойные соперники.

– Как мило, – криво усмехнулась Руна, глядя на свой свиток. – Я люблю побеждать, тетушка.

Мне стало нехорошо. Другие женщины были полностью поглощены перепалкой. Дух воинов в народе Тимора поддерживал жестокий правитель. Тиморцы процветали, балансируя на грани между кровью и миром.

– Учтите, – сказала девочка, двигаясь вдоль стола, – Судьба читает смысл, не слова. Слова могут означать многое.

– Я! Я следующая, маленькая ведьма! – выкрикнула Инес.

Девочка снова смотрела и снова писала. Затем передала свиток Инес. Та содрала бечевку, и на мгновение ее лицо озарилось, но ухмылка тут же сползла.

– Следи за окном? Что, провались ты трижды, это значит, по-твоему?

Девочка пожала плечами, переходя к другим дамам.

– Это послание Судьбы. Я пишу лишь ее слова. Остальное спрашивайте с взбалмошных Норн, которые отсиживают толстые задницы у древа богов.