Книга Ночь масок и ножей, страница 41 – Л. Дж. Эндрюс

– Прячемся? – Повелитель теней сковал меня своим черным взглядом. – Кто сказал хоть слово о том, чтобы прятаться? У нас сегодня встреча. Да, пока ты отсыпалась в телеге, мы работали. Мы выполняем свои сделки.

Повелитель теней хрустнул шеей сперва с одной стороны, потом с другой, выронил ворона из пальцев и вернул меч в ножны.

– Расскажи, почему ты следила за маскарадом, дэнниск.

Он не заслуживал ответа, но такой, как он, всегда найдет способ узнать, что хочет.

– Потому что я уже когда-то потеряла на маскараде того, кого любила.

– Маскарад привлекает толпы людей, – сказал он. – Хорошее место для всяких происшествий.

– Это было не случайное происшествие. Дети не исчезают так, словно их и не было. – Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох через нос. – Я знаю: если мы выясним, что происходит на Маск ав Аска, мы найдем Хагена.

– И твоего товарища по играм?

– Я не говорила, что мы были товарищами по играм.

– Я предположил.

Раум ходил туда-сюда возле каменного сиденья Повелителя теней, но не думаю, чтобы это было от нервов, ему, скорее, просто нравилось двигаться. Все раздражение, что он испытывал ко мне, исчезло.

– А когда мы уже поговорим об этом ее трюке с поцелуем?

Вали поморщился.

– Что?

– Для воспоминаний мне нужно дыхание, – объяснила я. – Я это не ради удовольствия делаю.

– Расскажи мне все, что знаешь о своем месмере, – велел Повелитель теней.

– Ты видел…

– Но что ты знаешь? – перебил меня он. – Информация и знания очень ценны.

– Когда… когда я забираю воспоминания, я оставляю лишь кусочки и обрывки, но это с живыми. От мертвых я получаю лишь последнее воспоминание.

Вклинился Раум:

– Можно это назвать поцелуем смерти.

Мне в спину от гильдии Кривов прилетело несколько дразнящих смешков.

Мое лицо залил лихорадочный румянец. Я стиснула зубы, не уверенная в том, как они отреагируют на мои методы.

– У меня есть кое-какие договоренности с одним человеком на похоронной барже, так что, когда на маскараде кто-то умирает, я покупаю мизинец, затем извлекаю воспоминание из перемолотой кости.

Все на лужайке затихли. Дико захотелось, чтобы земля разверзлась и поглотила меня.

Раум прочистил горло.

– И, эм, что именно ты делаешь с этой перемолотой костью?

– Она ее ест, – ответил за меня Повелитель теней. – Верно?

– Я предпочитаю говорить, что вдыхаю ее. Последний вздох живет в костях мертвецов. – Мне нечего было стыдиться своего месмера, и все же под его взглядом мне было стыдно. – Мертвые уносят в Иной мир свои секреты, а я могу вдохнуть немного кости ради такой вот потенциальной сделки. Через них я узнала, что Маск ав Аска – это не просто праздник. Не говорите, что не делали чего похуже.

Повелитель теней улыбнулся своей жестокой ухмылкой.

– А никто и не сказал, что не делали.

– Daj говорил, что она сильна, – прошептал Гуннар Рыси. Я все равно расслышала, но его это, кажется, не беспокоило.

Повелитель теней обошел меня по кругу.

– Это все, что ты умеешь?

– А что еще? Я об аномальщиках только читала, но работающих с памятью немного, изучать-то и нечего.

– Не сомневаюсь, что ты можешь больше, чем красть воспоминания и передавать их нежными поцелуями. Уверен, что ты как-то можешь и боль причинять.

Ну конечно, такой, как он, будет надеяться, что я могу быть жестокой. Чем я стану, оставаясь с Кривами? Чем я готова была стать, дабы спасти Хагена?