Книга Игра ненависти и лжи, страница 123 – Л. Дж. Эндрюс

– Нет, – прошептала я. – Изголодалась.

Не отрывая глаз от моих, он сказал:

– Мал права. Нам всем нужно отдохнуть, пока можем.

– Боги, – выругался Хаген, качая головой.

Това и Дагни подмигнули, а Эш с Ханной начали возмущаться, упорствуя, что хотят остаться с Повелителем теней. Рауму и Вали пришлось пообещать несколько припрятанных Линксом засахаренных ягод, чтобы двое детей наконец ушли.

– Никлас занял мою комнату. Об этом он не соврал, – хрипло проговорил Кейз, когда мы остались одни.

– Мне все равно, – я прижалась поцелуем к его шее, прокладывая кончиком языка дорожку вниз по мышцам.

Он сделал резкий вдох и крепче сжал руки на моей талии.

– Пойдем со мной. Я знаю, куда мы можем направиться.

Я вложила свои пальцы в его и последовала за ним в гущу деревьев, прочь от руин Фельстада.

Он вновь был моим, и я намеревалась вложить ему в голову дюжину новых воспоминаний, которых он никогда не забудет.

Кейз увел меня на пол-лиги от руин. Лимерики были лесом, состоящим из хрустальных ручьев и прудов, поросших мхом деревьев и кустов. Место, в котором легко можно спрятать тайное убежище.

Держа мою руку в своей, Кейз помог мне перебраться через большой сырой валун. Струйка ледяной воды сбегала по его верхушке в узкий поток внизу. Кейз раздвинул стену белых цветущих лоз, свисающих с усеянного бутонами дерева. От этого движения по воздуху разлился аромат сладкого меда.

За лозами, приткнувшись между двумя возвышающимися над ней осинами, стояла хижина.

– Что это? – спросила я, принимая его руку, чтобы спрыгнуть с валуна.

– Когда мы нашли Фельстад, он был всего лишь кучкой старых стен. Пока мы работали, чтобы сделать его хоть немного пригодным для обитания, жили мы здесь.

– И здесь помещалась вся гильдия?

– В холодные ночи, – ответил он, отводя в сторону длинный, выцветший на солнце кожаный занавес, закрывающий вход.

Я пригнулась, проходя под притолокой, и вошла. Стены были сделаны из земли, глины и шкур, а форму им придавал добротно слаженный каркас из деревянных балок. В одном углу имелись яма для костра и стопки глиняных мисок и кувшинов. Земляной пол был покрыт мехами и ткаными ковриками, а вдоль всей стены тянулся набитый соломой тюфяк для сна. Достаточно большой, чтобы представить, как вся гильдия Кривов прижимается друг к дружке, чтобы не замерзнуть в морозные ночи.

Тюфяк накрывали потертые одеяла и старые меха, а около дальней стены было сложено несколько набитых перьями подушек. Внутри у меня что-то затрепетало и перевернулось, словно я начала стремительно падать, но на дне меня ожидало нечто чудесное.

Загораясь, зашипела спичка. Кейз зажег сальную свечу в жестяном фонаре. Он ни на миг не отводил от меня глаз, задувая огонек на спичке. Света было достаточно, чтобы залить его черты мягким сиянием. Я больше не могла терпеть; я постоянно хотела его касаться.

Кейз, должно быть, чувствовал то же самое, потому что лишь два шага спустя мы врезались друг в друга в центре хижины. Он запутался пальцами в моих волосах и наклонил мое лицо под таким углом, какой был ему нужен. Он развел мои губы, чтобы я ответила на его требовательный поцелуй. Его язык был теплым и жадным. Его вкус – подобен чистому дождю, забытое сокровище, за которое я буду держаться до последнего вздоха.