Книга Игра ненависти и лжи, страница 67 – Л. Дж. Эндрюс

– Крайне срочное, – добавил первый мужчина.

– Похоже, послу мало дела до вашей безопасности, Принц Бракен, он лишь хочет удовлетворить собственные эгоистичные желания, – выплюнул резкий женский голос, каждое ее слово – как языки пламени.

– Клянусь богами, женщина. Не говори о том, чего не понимаешь. А теперь заткнись к пеклу и позволь человеку ответить.

Я почти перестала понимать, кто говорит, но догадалась, что на место ее поставил тот, кто знал полное имя Никласа. Отчаяние. Я слышала запах его гари в воздухе, боль в его голосе. Такое отчаяние, которому очень бы порадовался Кейз, будь он здесь. Он бы выжимал, прогибал и корежил путника, пока тот не сдался бы на милость Повелителя теней.

Последовала пауза. Лишь пара мгновений, но она сгущалась, пока пульс уже не застучал у меня в ушах.

– Вы все – фейри, – медленно, осторожно проговорил Дрик.

Грохнул смех.

– И что же нас выдало? Пожалуйста, скажи, что это не наши наряды или уши?

Я обменялась взглядом с Хагеном, затем с Товой.

– Фейри? – Гуннар испустил долгий выдох. – Погодите. Раум, отойди. Я должен снова услышать этот голос.

Раум посторонился, чтобы Гуннар встал рядом с Вали около люка. Вали взглянул на Гуннара.

– Мне показалось, звучит знакомо. Тебе тоже?

Гуннар кивнул и прижался ухом к люку.

– Послушай-ка меня, хозяин, – снова заговорил второй, более грозный мужчина. – У моего народа союз с Кривами и Фалькинами. Я ищу их, чтобы проверить, в добром ли здравии пребывает один из наших, кто сейчас находится с ними. Вот и все. Мы им не враги.

– Клянусь богами, – сказал Гуннар, по его лицу расползалась улыбка. Он ударил плечом в люк.

– Гуннар, стой, – потребовал Хаген, бросаясь к сыну.

Мое сердце замерло, и я подавилась словами, глядя, как Гуннар проскальзывает через щель обратно на поверхность.

– Ари! – голос Гуннара долетел обратно в погреб.

Вновь воцарилось молчание, затем еле слышное:

– Слава богам.

Раум рассмеялся и поспешил вверх по лестнице вслед за Гуннаром. За ним Това. Ее глаза сияли.

– Това, – я потянула ее назад за руку. – Кто они?

– Союзники.

Мы с Хагеном покинули погреб последними. Я не знала, кто прибыл, но пивная у нас над головами больше не была тихой. Смех, проклятья, шлепки рук по спинам потрясли меня до костей.

Хаген пошел первым, он ждал меня наверху, возле люка, держа в руке клинок.

С чердака появился Никлас, и его рука обхватила предплечье возвышающегося над ним мужчины.

Фейри. Я никогда не видела фейри, только читала об острых кончиках их ушей, странных глазах и хитром месмере.

«Уловку» же посетило сразу несколько.

Позади первого мужчины за столом сидел еще один фейри, потягивая что-то из рога. Его глаза напоминали покрытые снегом горные пики зимой. За ним расположились две вооруженные женщины. Одна осталась у входной двери. Ее кожа была цвета жареных орехов, волосы заплетены в косы, а одна рука крепко сжимала бронзовый сакс.

Вторая женщина мрачно осматривала всю комнату. Ее прищуренные глаза сверкали яркой синевой, которая очень выделялась на фоне волос цвета воронова крыла. Ее губы стягивались во все более тонкую линию, покуда я уже не могла их различить, и все ее раздражение было направлено на высокого фейри, который приветствовал Кривов и Фалькинов.

Я ожидала, что фейри будут скорее походить на мистических лесных существ. Изящные, может, с блестящей кожей. Но тот мужчина, что приветствовал Никласа, был силен, как воин, его золотые волосы, напоминающие мокрую солому, были заплетены и убраны с лица, а глаза – золотисто-карие, как закат над морем Воя.