Книга Танец королей и воров, страница 169 – Л. Дж. Эндрюс

Крепостные бегали к столам и обратно, расставляя золотые тарелки и тонкой работы питьевые рога для пира на завтрашнем закате. Серебряные колокольчики звякнули, когда повозка прогремела под парой низко висящих ветвей деревьев, увитых лентами и бубенцами. Когда листья задрожали, сквозь прутья решетки прорвались облака золотой и серебряной пыли.

Ари чихнул и разогнал пыль рукой.

– Ну, по крайней мере, к нашему празднованию все будет уже готово.

Я усмехнулась. Верно, по крайней мере, это.

Пока нас везли мимо, все взгляды были устремлены в нашу сторону. Одни крепостные смотрели нам вслед со страхом перед неизвестным, другие хлопали в ладоши и хвалили скидгардов за то, что поймали того злодея, который у них там за решеткой сидит. Одна женщина в холщовом чепце на светлых кудряшках изучала повозку. Мы встретились глазами через решетку. Я не была уверена, но, судя по тому, как она прикрыла рот рукой, мне показалось, что она поняла, кого именно схватили.

Внушительный черный жеребец зацокал копытами, притормозив возле повозки с той стороны, где мои пальцы сжимали решетку.

– Скажи-ка, злоносец тебе когда-нибудь говорил, отчего так меня презирает? – промурлыкал Сабэйн со своего жеребца. – Мы, знаешь ли, не всегда были врагами.

Я запрокинула голову:

– А мне какое дело? Если сейчас ты враг моего мужа, значит, и мой тоже.

Сабэйн сдавленно хихикнул:

– Без вопросов? И ты просто слепо следуешь за злоносцем?

– Ой, не переживай. Я знаю, тебе должно быть трудно осознавать, что у тебя нет женщины, которая бы дарила тебе такую же преданность.

– Едва ли. – Сабэйн притормозил своего коня, чтобы наклониться поближе к решетке. – Злоносец презирает меня за то, что я сделал то, чего он не смог.

Я отвернулась, давая понять, что предпочла бы не слушать то, что говорит его глупый рот.

Сабэйн не обратил на это внимания и продолжил трещать:

– Мы были ценными аномальщиками Черного Дворца. Двумя сторонами одной медали. Ивар пожелал проверить, кто из нас двоих мощнее.

Кулак сжался у меня на коленях.

– Хочешь знать, кто из нас победил? – Моего ответа Сабэйн дожидаться не стал. – Я. Вот та мелочная причина, по которой твоему мужу противен сам вид Черного Дворца. Он был в чести, а потом впал в немилость, потому что не сумел выполнить то, чего потребовал от него Ивар.

– Ну и что это было? – Проклятье, Малин. Злость вскипела, переливаясь через край. Я не могла держать рот закрытым, когда расстояние и неизвестность между мной и Кейзом вынуждали меня балансировать на грани безумия.

От моей несдержанности стало еще хуже, когда Сабэйн заулыбался, словно что-то выиграл.

– Он не смог меня убить. У него были все шансы. Ивар заставил нас биться насмерть. Кейз прижал меня, мог бы перерезать мне горло, но в то время он считал меня, наверное, другом. Что за дурак?

Мое сердце пошло трещинами. Мне захотелось вырвать Сабэйну язык.

– Дурак, потому что не бывает в жизни никаких настоящих друзей. Лишь выживание. Он отказался нанести смертельный удар. – Светоносец вздохнул с плохо скрываемым удовольствием. – Лорд Магнат дал мне возможность его убить. И я ей воспользовался.

– И все же он жив. И все же пугает тебя.

Улыбка Сабэйна увяла.

– Я манипулировал им при помощи надежды, а затем с огромным удовольствием присоединился к рифтерам дворца, разрывавшим его на кусочки. Если бы мольбы Луки Грима не смягчили его отца, Ивар бы нас ни за что не остановил. – Сабэйн натянул обитую мехом уздечку. – А лучше всего было то, воровка памяти, что, крича, он держался за тошнотворную надежду, будто выживет и вновь увидит ту девочку. Это не давало ему смириться со смертью. Ну и каково это: знать, что именно тыпродлевала ту пытку, от которой он не мог спастись?