Книга Танец королей и воров, страница 176 – Л. Дж. Эндрюс

– Скоро увидимся, Мал. Не возражаешь, если я буду звать тебя Мал? Я слышал, как наш дорогой Кейз зовет тебя Малли, но я совершенно уверен, что если осмелюсь использовать это нежное прозвище, то останусь без языка.

– Лишь самые близкие друзья зовут меня Мал. – По его лицу пробежала тень. Он кивнул и двинулся было прочь, но я ухватила его за запястье. – Так что я бы обиделась, зови ты меня по-другому.

Улыбка Ари появилась медленно, словно неуверенно. Но, как и всегда, он скрыл всякое беспокойство за словами.

– Я знал, что мои чудесные качества тебя покорят.

Он ушел, подмигнув мне, и заперся – по крайней мере, так показалось – в своей одиночной камере.

Я испустила дрожащий вздох и привалилась к холодной каменной стене.

Осталось недолго.

Осталось уже недолго.

Я смотрел, как сияние солнца проглядывает между башнями Черного Дворца. Яркость этого рассвета схлестывалась с мрачной чернотой зазубренных шпилей, словно они были ножами, вогнанными в густую кровь сердца.

Одна ночь. Малин провела целую чертову ночь во дворце, а это было слишком долго. Этот день не мог ни начаться, ни завершиться слишком быстро.

Я закрыл глаза, глубоко задышал через нос. Близко. Мы были так, мать его, близко.

Пока что наше внимание было приковано не к дворцу. Его удерживал небольшой домик для богослужений, построенный вне его стен. С моей позиции в небольших зарослях стеблей кукурузы мне были отчетливо видны Гуннар, Исак и Раум.

Они были одеты как растрепанные фермеры, ищущие благословения богов. Раум повернулся к садам. За моей спиной Хаген, Фиске и Това тоже смотрели с оружием наготове, на случай, если встреча пройдет плохо.

Гуннар постучал в дверь, снял с головы видавшую виды широкополую шляпу и принялся теребить ее руками.

Он выглядел кротким, покорным, совершенно не угрожающим, когда служанка жреца открыла дверь. По правде говоря, эта женщина была больше, чем просто служанкой. Почти тридцать лет они были тайными любовниками. У них даже был сын, который жил с двумя их внуками в Хемлиге. Но как мог жрец Черного Дворца понять, что не просто влюбился в ничтожную служанку, но еще и стал отцом целого низкородного семейства?

Теперь оба уже состарились, их волосы поседели, но видимости ради она все еще играла роль жеманной служанки.

Гуннар что-то поспешно сказал этой женщине. Как и ожидалось, она покачала головой. Не сомневаюсь, она резким тоном уверяла бедного фермера, что у ее хозяина сегодня есть куда более важные дела, чем молитва над умирающим.

Гуннар прикинулся упорствующим. Даже Исак вклинился, чтобы, как мы надеялись, воззвать к ее сочувствию своим заиканием.

Лицо женщины сморщилось, когда Исак утер глаза.

Това рядом со мной захихикала:

– У мужчин только и есть что мышцы и волосы, растущие по всему телу, но стоит им проронить хоть слезинку, как женщины тают.

– Женщинам нравится тело воина, но ищут они нежное сердце, Тов, – сказал Фиске.

– Ой, а тебе-то уж откуда знать, чего женщины ищут в любовнике?

Хаген фыркнул, но Фиске просто пожал плечами, расчесывая пальцами свои темные волосы.

– Но я жил с тобой, а ты с двенадцати лет сохла по каждому крепостному и воину. Это было раздражающе информативно.

– Я не сохну. – Руки Товы сжались в кулаки, она, вероятнее всего, боролась с желанием ущипнуть или ударить Фиске по плечу.