Книга Злодейка в деле, страница 46 – Мстислава Черная

До меня вдруг доходит:

— Великий хан… посватался ко мне?! Но он женат, — не бывает хана без главной жены.

Голову пронзает вспышка острой боли. Я почти теряю сознание, возникает странная раздвоенность. Я в ложе, и обеспокоенные браться, папа спрашивают, что случилось, почему я внезапно прижала пальцы к вискам и молчу. Но одновременно я стою в малой сокровищнице. Книга судьбы лежит не в общей стопке, а на отдельном постаменте, да ещё и раскрытая, а я стою над ней. Я не хочу читать, слишком высока цена, но Книга словно заставляет. Я не могу не то что глаза закрыть или отвернуться, моргнуть не получается. И если часть текста размыта, то несколько фраз бросаются в глаза едва ли не в буквальном смысле.

“Принц Лексан уснул, и тайный шаман взял каплю его крови костью иглозуба. Шаман изготовит амулет и передаст потомку Теневого демона хану Ташу. Когда посольство покинет империю, хан останется в Тени. Придёт час,и хан убьёт императора”.

Боль почти невыносима, слова разваливаются на буквы, а буквы — на чёрточки и закорючки. Я больше не способна читать. Видение тает.

— Кресси!

— Целителя! Позовите целителя!

Я с трудом поднимаю голову:

— Нет, не нужно. Воды. Папа, это… ты знаешь.

Невнятное объяснение, но папа понимает, что я намекаю на Книгу судьбы.

— Кресси…

Тери отбирает у лакея стакан с водой, держит для меня, пока я жадно пью в тщетной попытке смыть боль.

Я ловлю на себе интерес Олиса и императрицы.

Именно в этот момент папа предлагает:

— Кресси, может быть, тебе стоит отдохнуть?

И пропустить самый главный поединок? Поединок Феликса со степняком? Ни за что!

— Спасибо, но не стоит беспокоиться. Всего лишь лёгкое головокружение. Я в полном порядке.

Папа, естественно, не верит, но и не спорит.

И до самого финала я сижу в каком-то оцепенении, пытаюсь разобраться с открывшейся информацией. То, что заговорщики спелись со степняками, для меня не новость. Правда, я не ожидала, что спелись настолько крепко.

Кстати, совместные винные возлияния хана и Лекса теперь видятся в новом свете. Амулет, да? Надо задержать шамана. Или по-тихому уничтожить кость, впитавшую королевскую кровь.

А вот то, что убийцей будет хан Таш для меня откровение. С-с-собака, не в обиду четвероноим будет сказано.

Так…

Видение не было спонтанным. Оно, очевидно, ответ на желание императора поддерживать со степняками перемирие. Получается, намерение ошибочное?

Додумать я не успеваю.

— Ваше высочество принцесса Крессида Небесная, — в себя меня приводит голос Феликса.

Он стоит передо мной, преклонив колено, ладонь прижимает к груди.

— Хан Таш не должен пострадать, — жёстко повторяет император.

Папа… фактически, папа приказывает Феликсу умереть. Меня внутри передёргивает, но я не подаю виду.

— Ваше величество, — Феликс склоняет голову.

— Лорд, покажите себя достойно, и ваш поступок будет награждён. Я даю слово взять вашу сестру под опеку Короны.

— Хах, девочка уже под моей опекой, — влезаю я, и одними губами, чтобы никто, кроме Феликса не могу понять, приказываю. — Убей хана Таша.

Феликс едва заметно вздрагивает.

Я взмахом руки показываю, что он может идти, и Феликс поднимается. Секунда промедления, и он покидает ложу. Умныймальчик… Понимает, что между мной и императором ради сестры надо выбрать… меня.

Герольд объявляет бой чести.