Книга Второе высшее магическое, страница 117 – Юлия Жукова, Елизавета Шумская

— Как скажете, Яросвет Лютовидович, — выдохнула я сквозь зубы, вставая. Вид у меня, наверное, был не очень, раз Миляй даже усмешку спрятал.

— Ладно, ладно, — проворчал Яросвет, чуть сдавая. — Не дуйся. Завтра всё обсудим.

— Обсудим, — кивнула я, уже мысленно решив, что ни за что на этот урок не приду. Назло! А вместо этого сегодня же запрусь у себя и буду пробовать так, как Миляй сказал. Уж я-то докажу, что могу и сама.

Попрощалась и вышла, даже рульку не доев, так разозлилась на него.

⟡⋄⟡⋄⟡⋄⟡⋄⟡

Вечером того дня, в своей спальне сидючи, зажгла я огрызок свечи. Передо мной лежала любимая деревянная заколка. Внушить себе, — вертелось в голове. Увидеть образ иной.

Я зажмурилась, стараясь вид заколки из памяти изгнать, а следом снова посмотрела на неё, угадывая новые очертания. Вот тут вроде какручка от ложки… А там и черпак просматривается… Взяла уголь и на клочке бумаги нарисовала ложку, как видела её в полутьме. И тот рисунок на заколку сверху пристроила.

Бумага рассыпалась стаей светящихся бабочек, у меня аж в глазах круги цветные поплыли. А когда проморгалась — и на столе на миг оказалась простая ложка. Сердце ёкнуло от восторга, но тут же образ рассыпался. Должно быть, забылась я да подумала лишнее.

А подумала я вот что: бабочек Яросвет мог и узнать. Помнится, я их на птичек заменяла, вот над этим и надо работать.

К рассвету всё же вышло. Пусть на птичек эти световые пятна походили едва-едва, но и на бабочек — тем более нет. А заколка, как стала ложкой, так и лежала, обратно не меняясь. Я даже попробовала ею воды черпнуть — та пролилась, но форма не поплыла. Вот ежели я ею волосы заколоть пыталась, тут же собою обращалась.

Вместо завтрака ворвалась я к Яросвету, вся сияя от победы.

— Смотрите! — выпалила я, едва дверь закрылась, и, положив на ладонь заколку, накрыла сверху рисунком. Тут же во все стороны порскнули светящиеся пятнышки — и вот уже на моей руке лежала ложка.

Яросвет аж отшатнулся, глаза стали круглыми.

— Это… Иллюзия? Но на уроке ты другое показывала! Какую-то простенькую видимость!

— На уроке не хотела позориться, — быстро отговорилась я. — Выходило криво. А вот после того как Миляй Осмомыслович намекнул, в какую сторону думать, всё и сложилось!

Я ждала удивления, одобрения, хоть кивка. Но лицо Яросвета лишь скривилось недобро.

— Я же сказал — придёшь, я всё растолкую.

Вот неймётся ему!

— Да чего толковать? Вон я уже…

— Вижу, что научилась, — буркнул он вроде как обиженно. — Молодец. Можешь идти.

Меня будто обухом по голове ударили. От такой несправедливой злости в горле ком встал. Я выскочила, хлопнув дверью что есть силы, так и не поняв — за что? Даже заколку так у него и забыла.

Дверь захлопнулась с таким грохотом, что на стене вздрогнула полка с кружками. Яросвет так и стоял посреди горницы, сжав кулаки.

Нет ну какова нахалка! Он ей и оплату предлагал, и уроки, в дом свой пригласил, помощь пообещал, на безобразия её глаза закрывал, да что там, кормил, паскуду, своей рулькой! А она… она один раз с этим брюзгой Разумником поболтала, и оп-ля — готова душечара! Чудину она даже говорить о ней отказывалась! Он её звал сегодня, помочь хотел, и что⁈ Да дулю она ему показала, вот что!!!

Ярость была горячей, глупой и совершенно беспомощной. Он пнул ногой табуретку, и та с грохотом отлетела к печи.