Книга Второе высшее магическое, страница 119 – Юлия Жукова, Елизавета Шумская

Малаша надула губы.

— Вечно у тебя дела! Ты так никогда замуж не выйдешь!

Я только вздохнула. В чём-то она права…

⟡⋄⟡⋄⟡⋄⟡⋄⟡

Лавку, что мне проверить было нужно для Быстрова, отыскала я в самой что ни на есть глубине Угловки. Называлась она завлекательно: «винные коренья». Вестимо, на самом деле «Диковинные», но Быстрова, видать, проклял кто-то на вывески.

Продавец, тощий мужичок с хитрыми глазками-щёлочками, встретил меня без радушия.

— Чего надо, красавица? Зелье любовное? Али от падучей?

Я ответствовала, что пришла за корнем мандрагоры для бабушки, у которой суставы крутит. Пока он, кряхтя, лазилпо полкам, принялась я болтать да на жизнь жаловаться, на скупого деда, на то, что в соседней лавке такие цены ломят, что никакой мандрагоры не купить. Так вот заболтаешь продавца, а он и проговорится о подлоге каком, это я уже освоила.

— В «Скором часе»-то? — фыркнул продавец, оживляясь. — Да они не то что цены ломят — они вообще не пойми чем торгуют! Видали, бочки к ним какие возят? Целые возы! Говорят, зелья редкие. А по-моему, вода в них одна, да и та, поди, озёрная!

У меня аж уши зашевелились от слов таких, но лицо я сохранила глуповато-любопытное.

— Озёрная? Да зачем им столько воды? Умываться, что ли?

— А хто их знает! — продавец понизил голос, оглядываясь. — Мне один грузчик, что у них работал, сказывал. Дескать, ночью как-то таскали без пригляду и с работягами решили одну бочку расковырять. Они, дурачьё, думали, пиво там, ага. А там — вода. И пахнет… ну, водой озёрной, вон, как в Ухтише.

Вот это да… Озеро же — источник силы. Но сила эта в воде не держится, выветривается быстро, стоит лишь отойти от берега. Разлитая по бочкам вода Ухтиша просто вонючей водой стала бы через пару часов. Значит, в «Скором часе» знают способ эту силу в воде удержать?

Однако где и как эти бочки набирают? С тех пор, как озеро источником обернулось, берег-то под строгим надзором, вдоль всей кромки забор в три человеческих роста да стражники стоят царские. Туда просто так не подойдёшь!

— И часто возят? — спросила я невинно.

— Да раз в седмицу, как по часам. Ночью. Таинственность, к лешему, — продавец плюнул. — На вот, твоя мандрагора. Семь медяков.

Я заплатила, взяла свёрток и вышла, а сама мыслями в другом месте витала. Где же они воду озёрную берут? И ведь говорил Миляй, для подмены личины сила неимоверная требуется, да и для высасывания памяти… А что ежели из озера ту силу брать научились?

С этими мыслями я шла по улице, когда услышала сбоку развесёлый девичий голос.

— На ловца и зверь! А ну стоять, девица-красавица!

Поворачивалась я уже с улыбкой. Любава Малинкина смотрела на меня, уперев руки в боки и сияя всем своим свежим, розовощёким ликом.

— А я уж думала мальчонку за тобой посылать, Велька-чародейка! — приобняла меня купеческая дочка. — А тут ты! Недаром у меня сегодня весь день ухо правое чешется! К удаче!

— Я тоже рада тебя видеть! — мы пошли по улочке прогуливаться, будто матроны почтенные. — А ты меня для потехи искала или дело какое есть?

— И дело есть, и для потехи, — хихикнула Малинка и, быстро оглядевшись, произнесла: — Быстров батюшке моему сказывал, что ты помогаешь ему дюже, лавки проверяя. Нам тоже такое надобно, страсть просто! Совсем разболтались приказчики! Я бы и сама походила, да знают меня все! Поможешь? За плату, разумеется.