Книга Второе высшее магическое, страница 153 – Юлия Жукова, Елизавета Шумская

— Ладно, — решила я. — пока время есть, давайте амулеты все соберём, у кого какие наделаны, а коли нету, так бумагу да краски прихватим и будем лепить, пока ждём.

На том и порешили.

Вернулась Груня с видом независимым, нашу беготню оглядела.

— Загляда будет ждать сигнала у себя. Торчать в ученическом корпусе, говорит, странно, вдруг увидит кто, ещё решат, что любимок завела. Но до её домика тут два шага, как заприметим лазутчиков, ты ей сразу помощника пошлёшь, она и придёт.

Я с таким раскладом согласилась. Глядишь и вовсе не понадобится, сами отобьёмся, у нас вот амулетов сколько с уроков-то накопилось!

— Я там пока проходила, глянула, — продолжила Груня. — Внизу комната одна пустая, нараспашку стоит. Сейчас из-за переполоха-то много кого по домам разобрали, можем и там засесть.

Покумекали мы и решили вот что: Углеша с Малашей внизу спрячутся, там окна на вход как раз, вот будут поглядывать, да ещё Углеша через птицу свою может за всем корпусом смотреть. Рассказала я ей, как этим зрением пользоваться на счёт, чтобы не терять силу понапрасну. А мы с Груней пошли к Миладе стучаться.

Та встретила нас радушно.

— Веля, Груня! Какая неожиданность! Проходите, проходите, места хватит.

Светлица у неё была образцовой чистоты и порядка, и сушёным кипреем пропахла. На столе стоял самоварчик, ещё шумящий, да дымок от трубы его в окно приоткрытое улетал.

— Чайку? — тут же предложила она.

Расселись мы за столом, да я и поведала, почто пришли. Миладааж за голову схватилась:

— Это что ж за беззаконие творится⁈ Да что же они думают, им всё с рук сойдёт?

— Отцам их пока не сошло, — хмыкнула Груня. — А там уж как царь-батюшка решит.

Милада тут же засуетилась, свои амулеты доставая. В них она смыслила нешибко, пришлось нам с Груней помогать ей отобрать те, что для дела годны. Правда, и руны она рисовала так себе, и вышло, что многие отбросить пришлось, не сработали бы. Мы с Груней ей свои амулеты показали, пояснили на примерах, что у неё не так. Девица всё на ус мотала.

Тут на главном корпусе часы восьмой час пробили, и Милада вдруг подскочила:

— Ой, я же про отработку забыла! Бежать надобно!

— Это кто ж так поздно отработки ставит? — удивилась Груня.

— Так Дышло, чтоб ему икалось! Я же, сами видите, в амулетах да артефактах, что в чаще тёмной, вот и дрючит он меня, кажинный вечер требует к себе!

И глазки они так томно потупила, что у меня насчёт Пламена Чекрыжича подозрительные мысли полезли.

Как бы там ни было, а не пойти к учителю Милада не могла, он и так её едва терпел. Вот и остались мы с Груней одни в чужой комнате амулеты рисовать. Да увлеклись малость.

Подняла я глаза, когда часы те уже не первый раз били.

— Что-то долгонько нет её, — сказала, амулеты рассматривая.

— Да и от Углеши ничего, — добавила Груня и головой помотала, словно просыпаясь. Кружку чайную понюхала зачем-то, но ничего не учуяла любопытного.

— Может, не приходить решили? — задумалась я. — Или спугнул кто?

А Груня всё носом дёргает, словно воняет ей чем-то. Я тоже принюхалась. Хм, а будто бы дымком потянуло? Глянула на самовар — да нет, он потух давно, мы уж его закрыли да окно притворили…

— Дым, — прошептала Груня, вскакивая, да на дверь указуя. Под нею порог-то высокий, а вот вверху она до притолоки чуть не доходила, провисла, видать. И в ту щёлку свет виден, да яркий что-то больно, жёлто-рыжий.