Книга Елка желаний или Как не влюбиться в мага, страница 31 – Ольга Березовская

Бархат вздохнул, потягиваясь:

— Ну, конечно. Вместо простого плана «поймай злодея и ударь его волшебной палочкой» мы выбираем глубокую психологическую драму с элементами магии. Как всегда.

Алина не смогла сдержать улыбку. Даже в этот момент, когда время таяло, как лёд на солнце, а ёлка всё ещё тихо стонала, она поверила.

— Хорошо, — сказала она, выпрямляясь. — Тогда давай не будем терять ни секунды. Куда идём первым делом?

Максим достал карту города, разложил её на столе. Его палец скользнул по точкам, отмеченным красными чернилами, — местам, где компас реагировал сильнее всего.

— Сюда, — указал он на один из районов города.

Алина кивнула. Она уже знала: это будет не просто поиск. Это будет битва — не с заклинаниями и не с тёмными магами, а с обидами, страхами, одиночеством. С тем, что прячется в каждом, но иногда вырывается наружу, как ядовитый туман.

Конец декабря окутал парк белым безмолвием. Снег мягко ложился на ветви елей. Скамейки укрылись пушистыми шапками. Воздух был таким морозным, что каждый вдох обжигал лёгкие. Алина и Максим медленно шли по расчищенной дорожке. Компас в руке Алины едва заметно подрагивал, указывая куда-то вглубь аллеи.

— Там, — прошептала она, кивая на одинокую фигуру у беседки. — Стрелка дрожит сильнее.

Это был мальчик лет семи восьми. Он сидел на скамейке, съёжившись в тонком пуховике, и что-то сосредоточенно рисовал в альбоме. Его щёки были красными от холода, а в глазах — такая глубокая печаль, что у Алины защемило сердце.

— Я подойду, — тихо сказала она Максиму. — Может, это просто ребёнок. Но компас почему-то на него реагирует.

Максим кивнул, оставаясь чуть позади. Алина медленно подошла и присела на край скамейки. Мальчик поднял глаза — в них мелькнуло удивление, но не испуг.

— Привет, — мягко произнесла Алина. — Красиво рисуешь. Можно посмотреть?

Он помедлил, потом протянул ей альбом. На странице были изображены двое взрослых — спина к спине, лица искажены криком, а между ними маленькая фигурка с опущенными руками.

— Это твои родители? — осторожно спросила Алина.

Мальчик кивнул, ковыряя носком сапога снег.

— Они всё время кричат, — прошептал он. — Даже сейчас, перед праздниками. Я загадал желание. Сказал: «Пусть они перестанут ругаться». Но ничего не изменилось.

Алина почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Желание ребёнка. Чистое, отчаянное, но искажённое болью.

— А что ты пожелал точно? — уточнила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— «Чтобы они замолчали. Навсегда», — тихо ответил мальчик. — Я хотел чтобы они просто перестали кричать.

В этот момент компас в кармане Алины нагрелся. Она незаметно сжала его, понимая: это оно. Не злоба, не месть — просто детский страх, ставший ядром вируса.

— Знаешь, — сказала она, осторожно кладя ладонь на его плечо, — желания — как семена. Если их сеять в страхе, они могут прорасти не так, как ты ждал.

Мальчик нахмурился, не понимая.

— Но я же хотел добра…

— Конечно, хотел, — кивнула Алина. — Ты просто не знал, что желание нужно формулировать бережно. Как будто шепчешь другу на ухо, а не кричишь в пустоту. Попробуй ещё раз. Закрой глазаи представь, как мама и папа сидят рядом, улыбаются. Не «чтобы замолчали», а 'чтобы в нашей семье не кричали, а разговаривали. И немножечко подожди. Желаниям надо время.