Книга Елка желаний или Как не влюбиться в мага, страница 35 – Ольга Березовская

— Да, — признался Максим. — Было. Когда я впервые осознал, что магия не всесильна. Что даже с заклинаниями, амулетами и древними компасами нельзя заставить человека быть счастливым, если он сам не решится сделать шаг.

Алина кивнула. Она помнила, как сама в детстве верила: стоит прошептать желание у ёлки — и всё наладится. А потом поняла, что иногда даже самые светлые мечты разбиваются о молчание и страх.

— И что ты сделал? — тихо спросила она.

— Сказал правду, — Максим улыбнулся, но в улыбке этой было больше горечи, чем веселья. — Признался сам себе, что не могу спасти всех. Что иногда лучше честный разговор, а не чудо. Просто слова. Без заклинаний. Без фокусов.

Алина почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Совершенно не магическое, а наоборот — человеческое. Ей вдруг отчаянно захотелось взять его за руку. Как тогда, в парке, когда они нашли мальчика с альбомом. Как будто прикосновение могло сказать то, для чего слов не хватало. Она подняла ладонь и в последний момент отдёрнула, спрятав руки в карманы. Максим это заметил.

— Боишься? — спросил он, чуть наклонив голову.

Алина покраснела. Не от мороза, а от внезапной откровенности момента.

— Боюсь сделать что-то не так, — призналась она, — Сказать не то. Или испортить.

Он не стал подшучивать. Не стал уверять, что всё в порядке. Вместо этого просто кивнул так, будто её страх был ему знаком.

— Я тоже боюсь, — сказал Максим. — Но знаешь, что странно? Чем больше я боюсь, тем сильнее понимаю: именно это и важно. Не безупречное заклинание, а риск. Риск сказать: «Я здесь. Я с тобой». Даже если руки дрожат.

Алина посмотрела на него — по настоящему, впервые за всё время. Не как на мага, не как на спасителя мира. А как на человека, который тоже устаёт, тоже сомневается, тоже боится. И от этого он казался более настоящим.

— Тогда давай бояться вместе? — она сделала шаг ближе.

Максим рассмеялся — на этот раз искренне, легко.

— Договорились. Только обойдёмся без магических клятв, — он шутливо поднял палец, — А то вдруг заклинание сработает, и мы оба окажемся в сугробе.

Алина рассмеялась. В груди разливалась теплота — не от чар, а от чего-то более древнего и простого. Доверия. А где-то в квартире, ёлка вновь вспыхнула огнями — будто аплодировала их молчаливому решению: не бежать. Не прятаться. Быть здесь.

Дни пролетали один за другим. Вечер накрыл город плотным сумраком. Снег валил тяжёлыми хлопьями, будто небо решило засыпать все следы, все надежды. Всё, что ещё теплилось в сердцах.

Алина и Максим возвращались домой, молча. Они ощущали как воздух густеет от невидимого напряжения.

Стоило им переступить порог квартиры, Алина сразу обратила внимание на ёлку. Она почти погасла.

Не мерцала весёлыми огнями, не искрилась, как раньше. Лишь редкие, тусклые вспышки пробегали по веткам — как последние вздохи уставшего сердца.

— Она теряет силу… — Алина подошла ближе, коснулась стеклянной шишки.

Та едва теплилась, будто вот вот угаснет. Максим снял шапку, провёл рукой по волосам. В его взгляде мелькнуло тревога, которой Алина раньше не замечала.

— Да, — сказал он тихо. — Магия истощается. Вирус распространяется быстрее, чем мы думали.

Они сели на пол у ёлки. Не по плану, не по какому то обряду, а просто потому, что устали. Алина подтянула колени к груди, Максим опёрся спиной о диван. Между ними, с царственным достоинством, устроился Бархат. Молчали все, даже кот.