Книга Любовь вслепую или Помощница для Дракона, страница 113 – Маргарита Абрамова

Он сама стихия, такой красивый…

Я медленно подхожу к его огромной морде. Он тяжело вздыхает, и горячее дыхание обдает меня. Без страха с трепетом протягиваю руку и касаюсь чешуи.

— Прости, — шепчу, и мое сердце сжимается от понимания, что причинила боль не только ему-человеку, но и этой части его души, — Я больше не уйду.

Дракон прикрывает огромные, вертикальные зрачки, издавая низкое, похожее на урчание ворчание.

Мы так и стоим несколько минут. Будто мы одни на всем свете.

Затем я приступаю к делу. Думала, что больше никогда не придется делать это снова. Руки, прекрасно помня каждое движение, легко и уверенно справляются с ремнями и застежками. Я быстро взбираюсь к нему на спину и занимаю привычное место у основания шеи.

Он взмывает в небо. И мы летим…

Как я могла отпустить его?!

Мы летим, и я понимаю — это не просто полет. Это начало. Наше общее, бесконечное небо.

Небо, ветер, свобода… Любовь…

Мы долго кружили над городом. Как тогда, когда Барретт обрел вновь крылья. Я тогда стояла и смотрела на него снизу, затаив дыхание, с восхищением и какой-то щемящей грустью. А сейчас я летела вместе с ним. Была частью этого чуда, а не просто наблюдателем.

Это непередаваемые ощущения, до головокружения. Сравниться с этим могут разве что его поцелуи!

Я почти не чувствовала холода. Жар от его чешуи передавался и мне. Он будто был в крови, что я забыла обо всех проблемах. Я находилась здесь и сейчас.

Но приземление было неизбежно. Опьяненные совместной свободой, сделав последний вираж, мы плавно пошли на снижение и приземлились около лечебницы.

Отстегнув ремни и спустившись на землю, я стояла, еще чувствуя в ногах вибрацию полета, а в душе — новое чувство. Так странно… Эти новые узы — помолвка, истинность — они не ограничили, не сковали, какя боялась. Наоборот, они словно дали что-то, видоизменили и добавили доверия между нами.

Я всегда мечтала о чем-то подобным. Быть не просто приложением к мужу. Быть единым целым, но не потерять себя.

И, похоже, сбегая из дома, от ненавистного брака, я нашла себя. Настоящую. Ту, что способна на риск, на решительные поступки, на веру в чудеса.

Страх, конечно, никуда не делся. Он не испарился по взмаху крыльев, но у меня появилась надежда, что я справлюсь.

— Я уж думал, вы улетели насовсем, — на пороге нас встретил доктор. Его внимательный, изучающий взгляд скользнул по нам обоим, задержался на моем лице, будто проверяя, не вернулся ли холод, и наконец впился в сложенный протез драконьего крыла, который Барретт нес в руках, раздумывая куда бы его умостить.

— Интересный у вас… механизм, — произнес он с явным профессиональным интересом, — Где вы приобрели такую диковину?

— Выдали с уходом на пенсию королевские лекари.

Доктор покивал, что-то обдумывая…

— Простите, доктор, мы с вами еще не расплатились, — переключился на другую тему Барретт, — Давайте я вам напишу расписку, а после вышлю чек или сразу средства.

— Я с вас возьму другую плату.

— Какую? — нахмурился Барретт.

— Вы позволите по вам писать научный труд. Такая редкость встретить истинную пару, да еще такую своеобразную.

Да, выглядели мы довольно необычно: дракон с механическим крылом, девушка в мужском тулупе и с короткими волосами и непонятным северным даром.

Это он нас неделю назад не видел, когда Барретт был слеп и в компании призраков.