Книга Уцелевшая для спустившихся с небес, страница 23 – Наташа Фаолини

Брайан отрицательно качает головой.

Глаза Джека Карлсбурга вспыхивают гневом.

Он делает шаг и замахивается, сложив пальцы в кулак. Моя щека и часть губы вспыхивают болью, и я чувствую на языке металлический привкус собственной крови.

Когда поднимаю глаза на Джека, знаю, что они горят гневом. Но, вообще-то, этого мне и следовало ожидать.

Здесь я нахожусь в самом низу пищевой цепи, не слишком-то выше иного. Может, даже ниже, потому что сам по себе он бы смог противостоять всем этим людям, если бы только его не заключили в этих стенах.

— Но прогресс есть… — вдруг выходит вперед Брайан, прижимая в себе автомат, как если бы его могли отобрать прямо сейчас, — она подчинила урода, он пляшет под ее дудку!

Я не свожу взгляда с командующего Джека и вижу, как его губы искривляются в многозначительной ухмылке.

— Доложите о прогрессе коменданту Эдвардсу.

Несколько военных у стены кивают и быстро уходят.

— Значит, зверя можно приручить, — хмыкает Джек, потирая подбородок смуглыми пальцами, — признаюсь, до последнего не верил, что это подействует, твоя предшественница не справилась.

— Что? — переспрашиваю и стискиваю губы так сильно, что они, наверное, превращаются в нитку. — До меня был еще кто-то?

Джек смотрит на меня долгую минуту почти стеклянными глазами.

— Люди Эдвардса притащили ее год назад, или может даже еще раньше.

— Что с ней стало?

— Идем, — приказывает Джек, разворачивается к нам с Брайаном спиной и принимается идти вдоль длинного коридора.

Смотрю на Брайана, но его лицо становится мрачным — он что-то знает об этом, но рассказывать не собирается. По крайней мере, без приказа.

Решив, что так тому и быть, я иду за Джеком. Он останавливается перед одной из дверей на жилом этаже, неподалеку от моей камеры. Теперь атмосфера тут мне кажется еще более мрачной, какой-то мертвой. Хотя и до этого я привыкла жить в одиночестве в канализации.

Джек засовывает ключ в скважину.

— Она там, — говорит, — внутри, твоя предшественница.

Я смотрю на него напряженным взглядом. Что-то тут не так.

— Был еще один иной, которого вы поймали?

Если того, которого держат в камере внизу сейчас, поймали чуть больше недели назад, то до этого должен был быть еще один, с которым они запирали девушку, что была до меня.

Губы Джека вновь искривляются в ухмылке.

Одна эта гримаса красноречивее любых слов. Это так похоже на коменданта и на этого Джека — пленить одного или двух иных из бесчисленного количества и считать себя победителем.

Для тех,что живут снаружи, такое — мелкие пакости. Если бы пленных иных искали другие пришельцы, наш город уже бы исчез с лица Земли.

Наверное, у этих пришельцев просто нет родственников, которые бы подняли весь свет на ноги, чтобы их отыскать. Или просто связь между иными не такая сильная, как обычно бывает у людей.

Вот почему я всегда была настороже — потому что нами командуют такие люди. Они действуют в интересах своих безумных амбиций, а не людей.

Я не успеваю задать вопрос. Спросить, куда же делся первый пленник.

Джек открывает дверь и мне в нос сразу же дает запахом экскрементов. Зажав нос рукой, я жду, пока командующий зайдет в камеру, и только тогда иду за ним — не хватало еще, чтобы меня и здесь заперли.

От тусклого огня двух свечей исходит мало света, но я разглядываю сжавшуюся фигуру небольшой женщины, сидящей у изголовья кровати. Она зажата в угол, лицо притиснуто к коленям. На руках искусанные ногти. Запутанные волосы черными немытыми локонами спадают на плечи.