Онлайн книга «Грим»
|
– Почему так срочно? – холодно спросила Теодора, заранее прекрасно зная, чем закончится этот разговор. – Какой-то психопат пристрелил жену на почве ревности. – Я могу поговорить с ним после заключения под стражу. – Это вряд ли, он застрелился после того, как сделал это. – Тогда… – В доме нашли еще девочку, – перебил Баглер. – Похоже, это его дочь, но пока у меня мало сведений. Теодора ненавидела манеру Баглера договаривать самое важное только после того, как ему зададут очередной наводящий вопрос. Коммуникации не были его сильной стороной, и такой способ общения значительно помогал ему. Она встала и на этот раз вздохнула шумно, взглянула в зеркало и мысленно пожурила себя за раздражительность. – Что произошло в том доме? – Это нам и предстоит выяснить. Пистолет обнаружен в руке человека, застрелившего жену, выглядит все как самоубийство, не иначе. Вот только на одежде ребенка обнаружили порох. А еще она утверждает, что отец насиловал ее перед тем, как застрелить ее мать и себя самого. Короче, нужно твое заключение с места преступления. – Это мог бы сделать судмедэксперт. – Мог бы, наверно. Но, Теодора, девочка жива и тоже не в себе. Плюс, нужно, чтоб ты взглянула на место преступления. Он затих. Теодора на секунду поразилась своей невнимательности, такой необычной для нее. Она хорошо понимала, что молчанием Баглер вынуждает ее согласиться. – Я могу проехать через твой дом, мне по пути, – наконец сказал он. – Я даже не в городе. – Правда? – В его голосе послышалось неподдельное удивление, которое почему-то обидело ее. – У меня тоже выходные. – И где ты сейчас? – бесцеремонно спросил Баглер, не утруждая себя извинениями. – Мандал. – О, очень кстати. Я буду проезжать мимо минут через сорок-пятьдесят. Она чуть не закричала в трубку, что он, похоже, просто издевается. Карие глаза в отражении яростно сверкнули. Баглера никогда не напрягали длинные паузы, потому что сам слишком часто был их инициатором. Он знал, Теодора раздумывает, хоть и слышал лишь тишину, пока она отвела телефон от уха и глядела на свои нахмуренные брови в зеркале. Как бы сильно ей ни хотелось остаться, в ее жизни было кое-что такое, чего она точно не могла лишиться и что не могла предать. Ее работа. Но что же?.. Откуда это чувство смятения? Откуда ощущение, что ноги приросли к холодной плитке и как только она выйдет за дверь гостиничного номера, не обретет ничего, кроме тревоги и напряжения? Теодора впервые задумалась о том, был ли выбор ее профессии продиктован искренней страстью или всего лишь жалким стремлением оправдать саму себя. – Можешь остановиться у гостиницы «Фика»[17], – сказала она в трубку, обещая себе подумать об этом в дороге. – И дай знать, когда подъедешь. Я спущусь. – Хорошо. Она услышала щелчки поворотника в трубке и уже собиралась завершить звонок, но Баглер сам все еще не сделал этого. Она знала, что последует какая-то несвойственная ему фраза. – Спасибо, Тео. Она ничего не ответила и сбросила звонок. * * * Когда фары старенького «Мерседеса» Баглера высветили фасад гостиницы с поэтичным и весьма философским названием, Теодора уже стояла внизу с дорожной сумкой в руке и поджимала замерзшие пальцы ног, хоть и провела на улице не так много времени. Она кивнула Баглеру, различив его лицо сквозь лобовое стекло, и быстро коснулась собственной щеки. Ей казалось, румянец никак не сходил с ее лица. Теодора на секунду обернулась, затем спустилась по лестнице с крыльца и подошла к машине. Она положила сумку на заднее сиденье, села сама и поздоровалась, почти не глядя на Баглера. |