Онлайн книга «Грим»
|
– О, он был не в себе! Я думал, у него это прошло, но тот звонок, то, как он говорил… – Что именно сказал вам Тейт, когда позвонил в ночь убийства? – Сказал, что… она обидела его и что у него раскалывается голова. Он лепетал о том, что там слишком темно и он не знает, куда ему идти и… Это было ужасно, – выдохнул Полссон, но имел в виду вовсе не разговор с сыном, который был невозможно далеким от того, который он обрисовал теперь, но собственные ухищрения, чтобы выдумать легенду. – У вас есть дети, герр Экстрём? – Да. – Значит, вы должны понять. Когда болеют дети… Что ж, скажите, что нам делать теперь? – Ну, доказательств, свидетельствующих против Тейта, достаточно. Думаю, финальное и решающее предоставит Малин Утзон. – Вы это мне хотели сказать? Что мой сын сядет, и я останусь не у дел? – снова вскричал Полссон. – Нет. Я хотел сказать, что раз Тейт болен, если это действительно так, – он быстро продолжил, прервав очередную гневную тираду, – у нас есть два варианта развития событий. Первый – Тейт сядет за преднамеренное убийство в тюрьму. Второй – если повезет, а это уже целиком зависит от заключения психотерапевта, его поместят в стационар специального типа. Экстрём закончил на приподнятой ноте, как будто хотел добавить что-то еще, но предоставил Полссону самому разгадать эту головоломку. И будущий министр разгадал ее прежде, чем Экстрём взглянул на циферблат часов на своем тонком запястье. – Кажется, психотерапевта назначил суд? – Именно так. Очень хороший специалист, частник, но работает с полицией как специальный консультант. Боюсь, вам не позволят привлечь другого. – Адвокат предупредил блеснувшую в глазах клиента мысль. – Ну а этот ваш специалист… – О, конечно. Вот. – Экстрём поднялся и приблизился к массивному столу, чтобы передать тонкую папку. В лицо Полссону пахнуло одеколоном и каким-то затхлым запахом, похожим на тот, что обнаруживается в застарелых шкафах. Он откинулся на спинку кресла и открыл папку. С небольшой фотографии в углу первой страницы на него смотрела серьезная молодая женщина. При других обстоятельствах Полссон мог бы назвать ее привлекательной. Карие глаза глядели с упрямым вызовом, но черты были мягкими, чувственными. Нос с горбинкой и четко очерченные губы. Верхняя чуть пухлее нижней. Светлые волосы. Он пробежал глазами список дел и краткую биографию, сфотографировал на телефон и закрыл папку, едва не улыбнувшись, пока небрежно протягивал ее обратно адвокату, но вовремя вспомнил, что время для улыбок неподходящее. – Может быть, хотите выпить, герр Экстрём? Я не предложил, был на взводе, так что мне даже неловко. – Благодарю, нет. Теперь я должен идти. – Следующее слушание в эту пятницу, так ведь? – Пока без изменений. – Рад слышать. Ну что ж… – Полссон поднялся, скрипнув креслом. Он подумал, что адвокат догадался о его планах. Но какая теперь разница? Он бегло взглянул на Мойру, не вполне понимая, какая выгода привела ее сюда, если только любопытство не подпадает под эту категорию. – Благодарю за визит. – Вы ведь осведомлены, что должны сообщать мне все, что вспомните, увидите или узнаете? – Разумеется, герр Экстрём. Бродд Полссон проводил адвоката до двери и поморщился от резкого запаха. Он вернулся к столу, взял телефон и, присев на столешницу, стал подробнее изучать данные на фото. |