Книга Доктор-пышка. Куплена драконом, страница 49 – Лина Калина

Дверь громко хлопает. Арен возвращается, и я решаю отложить размышления. Но мне определённо есть о чём подумать.

— Как я говорил, я не знаю, как вас благодарить… — начинает Арен.

— Вы с Мелией это уже сделали, — отвечаю. — Это именно то, что мне было нужно. Но… я готова ещё принять в благодарность чистую одежду, горячую ванну, гребень и листок бумаги с ручкой, чтобы написать кое-кому, что я думаю о его подземелье.

Арен хмыкает.

— Уверен, и с этим могу помочь. Только с ванной… м-мм, — он прикусывает губу. — Видите ли, доктор, сюда не положено…

— Забавно.

— Что?

— Ты говоришь то на «ты», то на «вы».

— Я просто нервничаю, — признаётся Арен. — И наверное, после всего мне лучше обращаться к вам, доктор, только на «вы».

Я закатываю глаза.

— В моём мире друзьям не «выкают».

Он краснеет до самых ушей. Его так весело смущать.

— И я буду не против, — добавляю, — если ты будешь, как и раньше, обращаться на «ты».

— Спасибо, — тихо отвечает Арен. Его щёки и уши вспыхивают ещё сильнее. Он кашляет, пытаясь собраться. — Насчёт ванны, доктор.

— М? Ах да, ванна. — Я наклоняю голову.

— Боюсь, могу принести лишь ведро воды. А гребень и платье придётся купить.

Я вздыхаю и быстро объясняю, где взять платье и туфли. С гребнем ему придётся разобраться самому. Добавляю, что в моей комнате в нижнем ящике стола спрятана шкатулка — я успела накопить немного денег. Тан поможет их забрать.

— Конечно, я всё сделаю. Не беспокойся, — кивает Арен. — И бумагу с ручкой принесу.

— И своему командиру доставишь мою записку? — прищуриваюсь.

— Вот с этим не знаю. Сейчас в замке столько всего происходит…

— Что?

— Мне не велено тебе говорить. Мой наэр сделал на этот счёт распоряжение. Он сам всё расскажет, когда придёт время.

— Ишь какая секретность, — ворчу. — Вы убили какого-нибудь доктора?

— Что?! Почему ты спрашиваешь?

— Просто интересно. — Я пытаюсь выведать хоть что-то.

— Нет.

— А что с матушкой вашего командира?

— Я не могу сказать.

— С Энари?

— Не скажу.

— Боже, какие тайны.

— Я пойду за водой, — спохватывается Арен, чтобы побыстрее от меня сбежать.

Я снова остаюсь одна. С фонендоскопом разбираюсь легко: руны здесьдля того, чтобы усиливать громкость. Но самое удивительное: стоит лишь провести пальцем по верхнему символу, и мембрана сразу теплеет, будто угадывая температуру кожи. А если нажать на маленький резной ромб сбоку, руны загораются мягким светом, и я слышу не просто сердце, а ещё и ток магии: быстрый, звонкий, будто в венах кто-то пустил ручеёк раскалённого света.

— Этому Берку надо выдать Нобелевскую премию, — шепчу себе под нос, убирая фонендоскоп. — Определённо.

М-да. Теперь бы придумать, как написать Дараху, чтобы он согласился поговорить.

Арен действительно принёс тёплую воду и, пока я привожу себя в порядок, отправился за обещанной бумагой. Наконец я получаю её, сажусь за стол, придавливаю край листа крошечным пузырьком зелья — того самого, что висело на шее невесты Арена, — и задумываюсь.

Как бы ни были туманны мотивы местного владыки держать меня здесь, мои вопросы никуда не делись. Я старательно вывожу:

Дарах, вы сказали: если ваша дочь переживёт ночь, я могу просить всё, что хочу. И единственное, чего я хочу, — свободы…

Звучит слишком прямолинейно. Даже по-глупому честно для человека, которого заперли без объяснений. Я вздыхаю, но добавляю: