Книга Среди чудовищ, страница 23 – Джулия Рут

— Но почему?..

Заплаканное лицо, наполовину синее.

— Она так кричала, Лест...

— Я знаю, что двое мужчин могут сделать с девушкой.

Мужчина рядом со мной не двигается и, кажется, даже не дышит. В сторону Бьорна смотретьстрашно — еще чуть-чуть, и сама начну задыхаться.

— Ты... с тобой... - изменившимся голосом медленно произносит Кьелл.

— Я видела достаточно.

— Мне жаль… это слышать, — слова даются мужчине тяжело, он выталкивает их из себя так, словно они не звуки — камни. — Поверь, мы не такие, как те... другие...

Я нахожу в себе силы встретить его взгляд — воспаленный и словно полубезумный. Нахожу в себе силы даже улыбнуться.

— Все так говорят.

Границы поселения мы пересекаем к вечеру следующего дня. Границы эти очень условные, я не сразу понимаю, что мы на месте — разбросанные тут и там в хаотичном порядке каменные дома практически сливаются с окружающим их лесом, и трудно заметить их не приглядываясь. Меня клонит в сон — ночью почти не спала — но я озираюсь по сторонам, стараясь запомнить дорогу хотя бы в пределах поселения. Это непросто, ведь улиц в привычном понимании нет, только едва приметные тропки, по которым мягко ступает олень — я попыталась сползти с его спины, как только заметила первые хижины, но мне не дали этого сделать.

— Дай уже ему тебя донести, — упрашивает Кьелл, и в бессилии своем я соглашаюсь.

Вокруг ни души, но это совершенно ничего значит — всюду следы присутствия живых и мыслящих существ: крохотные палисадники, занавески на окнах, дым из печных труб... что они жгут здесь, торф? Вряд ли дерево, с учетом того, что иные дома сложены так, чтобы ничего не вырубить вокруг.

Мы останавливаемся у двухэтажного домика из темного камня, слегка поросшего мхом. Он выглядит пустым, но не заброшенным — тропинка к нему подметена от палой листвы, на окнах ни следа осенних дождей. Кьелл первым заходит внутрь — я немного мнусь на пороге, но ощутив за спиной Бьорна, торопливо ныряю в дверной проем.

— Ну, добро пожаловать, — с немного напряженной улыбкой говорит Кьелл, когда минуя прохладу сеней мы оказываемся в комнате. — У нас тут скромно, конечно, но надеюсь, что тебе понравится...

В доме свежо, пахнет чистой водой и немного — хлебом; в доме очень чисто — выскобленные половицы, чистая печка, стол, на нем кувшин и блюдо, накрытое полотенцем. На окнах — явно вручную расшитые занавески. Слабо себе представляю Кьелла или Бьорна с иголкой в руках, а значит...

— А здесь кто-то еще...

— Ну наконец-то вы вернулись!

Видимо да.

На пороге — рыжеволосая девушка в пышной юбке, с ведром воды в руках. Пушистая, мягкая, солнечная, она радостно улыбается при виде мужчин, словно давным давно их ждет. Кажется, вопрос с моим проживанием снова становится открытым — не будет же эта красавица терпеть чужачку в своем доме. Красавица переводит на меня глаза, молчит целую минуту... ну, сейчас закатит истерику, знаем таких… Я успеваю представить, как буду искать себе ночлег внезнакомом поселении, когда она издает странный звук — не то вскрик, не то смех — роняет ведро и в мгновение ока оказывается рядом.

— Боги, что это за прелестное создание? Вы привели девушку? Настоящую? Ну наконец-то!

Растекается по полу вода, пока теплые женские ладони на моих плечах мелко подрагивают, а устремленные на меня глаза переливаются. Я перевожу взгляд с одного мужчины на другого — ни один не смотрит на меня: Кьелл мученически вздыхает, прикрыв лицо ладонью, а Бьорн всерьез озадачен потолком.