Онлайн книга «Среди чудовищ»
|
— О… обожглась о печку. — Зачем ты её трогала? — Случайно вышло. — Плохо вышло, — она поднимается, отряхивая простое темное платье от снега. — Ты почему больше не поешь? Боишься оленьего бога? Что? — Дурочка. Не его тебе надо бояться… хотя кого надоты и так боишься. — Эм… прости, ты о чем… Заложив руки за спину старушечьим жестом, она шагает к ограде, легко запрыгивает — на высоту своего роста!— и начинает измерятьеё шагами. — Пой чаще и не бойся просить. Он послушает. Ему нравится, как ты поешь. — Кого попросить? О чем? — Точно, ты же еще не видишь, — в один смазанный прыжок она снова оказывается рядом, небесная глубина ее глаз совсем близко от меня, лица касается лютый холод дыхания. — Когда увидишь, проси все, что захочешь. Он все может. Она исчезает быстрее, чем я успеваю сделать вдох, всего миг — и я снова одна на полянке перед домом. Обожженная ладонь белеет гладкой, ровной кожей, на ней ни следа от порезов. Я сажусь прямо в сугроб, снег лезет в глаза своей пульсирующей белизной. Это что вообще сейчас было?.. Я привыкла, почти привыкла к этому лесу, но он не перестает раз за разом вводить меня в ступор. Я возвращаюсь дом, рассеянно размышляя, кому рассказать об этой странной встрече и стоит ли вообще рассказывать — и в сенях сталкиваюсь с Юллан в небрежно наброшенном поверх ночной сорочки шерстяном платке. На лице едва заметный след от подушки — видать, заснула действительно крепко, ну и хвала богам — и куда более четкий от тающей тревоги. — Вот ты где… — выдыхает она облегченно. — Я уже начала волноваться… — Да я ж всего на минутку выскочила, — неловко улыбаюсь в ответ. — Какую минутку? — всплескивает она руками. — Тебя несколько часов не было, я даже думала — может, домой ушла, гляжу, вещи твои все на месте… Лест?.. В чем дело? У меня шумит в ушах — с каждой секундой все громче. Несколько часов?.. как так… я же… всего на минутку… — Лест, не молчи, — голос девушки звенит от напряжения, она обхватывает себя руками, и я силой подавляю гул в своей голове. Тревожить Юллан не хочется страшно, но если промолчу, она только сильнее забеспокоится. — Тут… девочка была… странная такая, волосы черные, глаза голубые… Она по ограде ходила, а потом — исчезла, — выдавливаю из себя с трудом. — Боги милостивые… — шепчет Юллан, делая странный жест руками, я уже жалею, что вообще открыла рот. — Неужели Тамаркун приходила… Она говорила с тобой? — Говорила… — Что говорила? — Петь… петь говорила и просить что-то у оленьего бога… Юллан опускается на лавку, придерживая незаметный еще живот, мне то жарко, то холодно, хочется и к ней кинуться — и прочь от нее в лес, далеко-далеко отсюда. Поймав мой взгляд, Юллан тянет меня к себе за руку и долгомолчит, пока я сижу не чуя дерева под собой, не чуя собственные ноги и обливаясь потом. — Это точно была Тамаркун, она иногда является женщинам. Ну, ничего удивительного, на твой-то голос… На вот, — она лезет за пазуху и снимает с шеи мешочек с вышитым символом. — В следующий раз положи к её ногам. Мешочек сильно пахнет травами и шуршит в непослушных пальцах. — А что это? — Подношение. Раз она почтила тебя, нельзя оставлять без подношения, может разгневаться. Мы такие саше и для нее, и для Аштесар делаем. — А как же ты? Она отмахивается. — Я родилась и выросла здесь. Мне не так страшно. |