Онлайн книга «Право на выбор»
|
Я устало обтекаю в кресле. Запоздалый шок сотрясает внутренности — не будь его дома…что бы со мной было?.. что бы от меня осталось под этим камнепадом?.. Боже, а если бы я осталась на улице?.. — Я спущусь в подвал, попробую запустить генератор, — спустя пару минут говорит тур, поднимаясь на ноги. — Посиди тут пока… — Я с тобой. —..? — Не хочу… одна оставаться… Он медленно кивает. Подсвеченное планшетом лицо его кажется вырезанным из плотной бумаги. — Ну пошли. В подвале черно — хоть глаза вынимай и оставляй на полке у лестницы. Раш держит в зубах фонарик и возится с генератором — ящикв полу, не больше микроволновой печи размером. Что-то у него не ладится — он невнятно, но очень витиевато ругается. — Тебе помочь? — Фиди фпокойно… — Да хоть фонарик подержу… — …ладно. Иди сюда… Я как могу осторожно спускаюсь по крутой лестнице — и все равно соскальзываю под коротким приступом головокружения, ойкаю и брякаюсь задницей на ступеньку. Тур подрывается ко мне быстрее, чем я успеваю даже ощутить тупую боль в копчике. — Ну твою ж мать!.. — восклицает он, обхватив меня за плечи и даже слегка встряхнув. — Смотри под ноги, бестолочь!.. — Да все нормально… — Ненормально! Рука!.. — А?.. Я отупело пялюсь на ладонь, от которой запоздало идет гудящая волна боли — в попытке удержаться она мазнула по шершавой поверхности стены и теперь наливала кровью россыпь мелких порезов. — Твою мать, твою ж мать, — Раш выворачивает карманы, раскручивает тюбик и роняет крышку, дергает ладонь на себя, чтобы выдавить на нее как минимум половину — в десятки раз больше, чем нужно. — Это ерунда… ты себя лучше помажь… — Тоже мне… героическая женщина… — бормочет он, явно меня не слыша, торопливо растирая мазь по ладони, почти причиняя боль. — Почему вас так легко… поранить?.. какого шерха ублюдочного… так много крови… Это мой вопрос должен быть… Отброшенный фонарик освещает половину его лица — залитую кровью, искаженную, словно все нервы в нем выкрутили, натянули под неестественным углом, лишив всех привычных очертаний. Он ожесточенно замазывает мою ссадину, словно ему… — Раш?.. — Ну чего? — Ты что… крови боишься? — … сдурела, что ли? Чего это мне крови бояться? — Моей крови боишься. Он замолкает, замирают его руки. Окружившая меня тишина пухнет и заползает в забитые уши. — Не боюсь, просто… — произносит он каким-то незнакомым голосом. — Просто когда вижу ее… или слышу запах… все нутро наизнанку… А ведь этого… можно было ожидать… Он отпускает мою ладонь, она практически онемела уже от этой его мази, он отступает на шаг, отворачивается… Я неосознанно тянусь за ним, потому что очень важным, очень важным мне кажется сейчас его не отпустить… — В тот раз… когда я сама себя поранила… — В тот раз, — как эхо отзывается тур, — я пожалел, что вообще появился на свет. Он высвобождает руку, за которую я схватилась,поднимает фонарик. — Все еще хочешь помогать? — А… да, конечно. — Тогда держи. 4-8 Спустя еще десять минут ругани и манипуляций на грани танцев с бубном — я не сильна в технике, так что все это для меня шаманство и эзотерика — генератор все-таки удается запустить, и в доме загорается свет — тусклый и слабый, но все лучше чем темнота. Раш тащит меня наверх, в прямом смысле тащит, от усталости и слабости меня снова начинает подташнивать — но к счастью, больше не рвет. |