Книга Штормовой десант, страница 19 – Александр Тамоников

Определив для себя направление к месту, где мог располагаться аэродром, группа опять двинулась в путь, переходя с быстрого шага на бег и снова на быстрый шаг, чтобы немного восстановить силы. Пользуясь картой, Шелестов вел группу лесами. Им удавалось дважды пересечь шоссе и один раз полотно железной дороги. Хуже всего обстояло дело с форсированием реки, которая пересекала путь группы возле немецкой деревушки. Значит, придется придумывать какую-то хитрость. Это был самый короткий путь, и оставался шанс окончательно не упустить колонну.

Наконец взмокшие оперативники оказались на краю леса, откуда была видна деревушка. Мимо леса к населенному пункту вела дорога, тянувшаяся между двумя ровными рядами пирамидальных тополей. На речке стояла мельница, и мимо нее дорога сворачивала к реке. Небольшой деревянный мост вряд ли способен был выдержать колонну тяжелой техники или даже грузовиков. Но на гужевую повозку, легковой автомобиль и местное население на велосипедах он явно был рассчитан. Никакой военной техники поблизости видно не было. Оперативники несколько минут рассматривали край деревни с одноэтажными домиками, крытыми глиняной черепицей, мельницу и мост.

— Пешком топать через мост? — с сомнением сказал Сосновский. — Оно бы ничего страшного, но в городке могут знать про нас. Вдруг там какой-то староста предупрежден о нашем возможном появлении!

— Пока он кому-нибудь позвонит, сообщит о нас, мы уже покинем деревню, — отмахнулся Буторин. — Для нас сейчас важнее всего экономия времени. Еще неизвестно, где аэродром и есть ли он тут на самом деле в обозримом пространстве. А вдруг староста так люто нас ненавидит, что и звонить не станет, а просто возьмет берданку и начнет пулять? А нам потери сейчас совсем не нужны.

— А вот и аэродром, — весело воскликнул Волков, указывая рукой в небо, где справа на посадку заходил самолет. По виду как раз не боевой самолет, а транспортник.

— Есть решение, — не отрывая бинокля от глаз, вдруг заявил Коган. — Смотрите,вон там… второй дом от реки. Это что-то вроде школы или частного пансиона. За домом не сад, а небольшая спортивная площадка.

С десяток велосипедов ровной шеренгой стояли у входа в дом. А по другую его сторону проводили разминку мальчики и девочки школьного возраста. Какой-то мужчина граблями разравнивал песок в прыжковой яме, другой плечистый крепыш в спортивной форме что-то отмерял шагами на беговой дорожке.

— Кто-то видит сторожа или заблудившегося мальчишку, который помешает нам завладеть велосипедами? — спросил Шелестов. — Мне кажется, что нам никто не помешает. Я вообще почти никого не вижу на улицах. А судя по курточкам, что школьники сложили на лавке стадиона, это воспитанники гитлерюгенда.

— В гитлерюгенде только мальчики, — мрачно пояснил Сосновский. — Для девочек фашисты создали другую организацию — «Бунд дойчер мэдель» — Союз немецких девушек. Но хрен редьки не слаще. А если кто-то там с этими велосипедами нам попробует помешать, то я на него такого страху нагоню, что он штаны обмочит. Он еще в ногах будет валяться и умолять нас взять велосипеды для защиты рейха. Пошли!

Эта немецкая деревушка, затерянная среди холмов и сосновых лесов, казалась почти вымершей. Название ее на дороге оперативники не увидели, да и не имело оно никакого значения. И это, и многие другие названия сотрутся из памяти, как стирались теперь границы между опасностью и надеждой. Низкие, плотные дома с темными балками на фасадах стояли, будто сжавшись от холода, хотя весна уже пробивалась сквозь промерзшую землю. На полях лежали грязные островки снега, как клочья ваты, забытые на рваном одеяле земли.