Книга Физрук: на своей волне 3, страница 8 – Валерий Гуров

Аля зашёл внутрь, и на его лице появилась искренняя эмоция — смесь любопытства и лёгкого брезгливого интереса.

Внутри столовая выглядела так, словно время здесь остановилось где-то в девяностых и с тех пор просто устало идти дальше. Всё было до боли знакомо, будто я шагнул в прошлое.

Длинные столы из лакированной фанеры, с углами, сбитыми о портфели. На них была клеёнка с выцветшими рисунками цветочков и фруктов, которые когда-то, возможно, и радовали глаз, а теперь напоминали о советском дефиците. Шторы на окнах, некогда жёлтые, выцвели, но были на удивление чистые.

Вообще, как и в остальной школе, в столовой была чистота и порядок.

Я провёл ладонью по спинке ближайшего стула, и пальцы ощутили знакомую шероховатость лака, которому лет сорок, не меньше.

Да, всё здесь родом из другой эпохи — эпохи, где обед стоил копейки, а дети ели манную кашу… и лично меня это не могло не радовать. Если абстрагироваться от обшарпанных стен и вечной серости, то выглядело всё вполне опрятно. Даже Аля, осмотревшись, не нашёл повода для яда.

— У нас, конечно, не всё новое, — торопливо заговорил директор, словно угадав мои мысли, — но зато всё чисто. И санитарные нормы соблюдаем в точности.

Аля лишь лениво кивнул, принюхиваясь к запаху тушёной капусты и морща нос. Он медленно прошёл между столами, провёл пальцем по клеёнке, посмотрел на палец — чисто.

— Ну, хоть не свинарник, — буркнул он.

Это, пожалуй, было самым высоким комплиментом, на который Аля был способен.

— Конечно, бывают столовые и получше, — затараторил директор, заранее оправдываясь. — Но у нас уютно, повара опытные, кормят хорошо. Дети не жалуются.

Аля критически оглядывал помещение, продолжая принюхиваться. Да, Крещенный давно забыл, как пахнетнастоящая школьная столовая. Когда-то ведь сам ел в таких, алюминиевой ложкой борщ… Но годы ресторанов и дорогих вин быстро стирают прошлое.

Теперь Аля был привычен к мраморным столешницам и к меню, где за одно блюдо можно потратить половину учительской зарплаты.

— М-да, дыра, конечно, конкретная, — всё-таки выдал он неутешительный вердикт.

Директор неловко пожал плечами.

— Ну… что поделать. Всё же бюджетное учреждение.

Он быстро добавил, пытаясь хоть чем-то смягчить удар:

— Мы бы хотели угостить вас тем, что едят наши школьники. Чтобы вы сами увидели, как мы кормим детей.

Аля вскинул бровь.

— Угостить? Это интересно.

Я молча наблюдал, как Лёня поворачивается к поварихе и кивает в сторону раздаточной.

Хорошо… всё идёт по плану.

Критический настрой Али мне был даже на руку. Главное тут — не переубедить его, а удивить ровно настолько, чтобы сбить спесь и выбить почву из-под уверенности, будто он всё уже понял.

Наша «делегация» подошла к раздаче.

Там стояла женщина лет пятидесяти с лишним — полная, добродушная. В белом халате и крахмальном колпаке, который то и дело сползал на бок. Щёки розовые, глаза усталые, но зато улыбка настоящая.

Она, увидев директора и «высокого гостя», сразу расправила плечи, поправила халат и радостно выдала:

— Прошу, угощайтесь, у нас сегодня свежая перловочка, суп картофельный с курицей, капустка и чай с лимоном. Ну и хлеб нарезной.

На раздатке стояли металлические лотки, от которых поднимался лёгкий пар — суп, каша… Всё дёшево, просто, без изысков, но аккуратно. Та самая школьная еда, где главная цель — накормить организм без особых гастрономических изысков.