Книга Физрук: на своей волне 2, страница 33 – Валерий Гуров

— Всё, всё, безопасная зона достигнута, — я поставил её рядом с машиной, открыл пассажирскую дверь. — Прошу.

Марина села и, стараясь не смотреть в мою сторону, пробормотала:

— Простите… это ужасно неловко. Мне просто так стыдно — я взрослая женщина, а боюсь тараканов, как школьница.

— У каждого свои слабости, — невозмутимо ответил я.

Марина взглянула украдкой, и в её голосе мелькнула искорка любопытства:

— А вы чего-нибудь боитесь, Владимир Петрович?

Я задумался на секунду, вопрос-то был интересный, а готового ответа не было.

— Наверное, — признался я. — Просто свой страх я ещё не встречал.

Она снова опустила глаза на коробку с роллами, которую так и держала в руках, чуть улыбнулась.

— Знаете, Владимир Петрович, — шепнула она. — Это так… непривычно. Многие молодые люди сейчас забыли, что такое галантность.

— Ну, у каждого своя школа жизни, — ответил я и забрал у классной коробку с роллами.

Обернулся на задний ряд сидений, чтобы поставить коробку там. На заднем сиденье лежала картонная коробка с каким-то хламом от бывших хозяев Чероки, который они, видимо, не удосужились выбросить.

Я аккуратно придвинул её к боку и заметил, что из коробки выглядывает старый кассетный магнитофон — с облезлыми кнопками, но ещё целым логотипом «Sharp».

Ничего себе, раритет…

Любоваться магнитофоном особо не было времени, поэтому я положил роллы и взялся за руль.

— Где живёшь? — спросил я, выруливая со школьного двора.

— На Пушкина, сто двадцать три, — ответила Марина, пристёгиваясь. — Давайте, я в навигатор вобью?

— Не надо, — сказал я. — Просто показывай, как ехать.

Она кивнула и села ровнее, сложив ладошки на коленях. Приятно смотреть — девчонка явно не испорченная, такие в любые времена на вес золота.

Я включил музыку, и из колонок тихо зазвучала Светлана Рерих, певучим голосом выводя:

— И только я, только я буду рядом…

Марина чуть улыбнулась, заслышав эти строки.

— Представляете, это любимая песня моей бабушки.

— Серьёзно? — хмыкнул я. — Значит, у тебя хорошие музыкальные гены.

Марина залилась румянцем и отвернулась в окно. Я ехал медленно, чуть опустив стёкла и наслаждаясь прохладным ветерком. Вечер был тёплый, редкий для осени. Классуха с минуту смотрела в окно, потом повернулась ко мне.

— Спасибо вам, Владимир Петрович, — сказала она. — Вы так всё организовали, нашли подход к ребятам. Каквы вообще сумели привлечь наших хулиганов? Они сменку-то и то никогда не носят, а тут целый субботник…

— Марина, — перебил я мягко. — Предлагаю не о школе.

Девчонка улыбнулась чуть растерянно, как будто я застал её врасплох.

— Давайте… А о чём?

Я бросил короткий взгляд на неё. У нас как-то устаканилось, что я обращался к ней на «ты», а она продолжала мне «выкать» с каким-то своим одной ей понятным упорством.

— Вот скажи, чего тебе хочется прямо сейчас? — поинтересовался я.

Классная на секунду задумалась, этот вопрос тоже застал её врасплох.

— Вы знаете, — она рассмеялась чуть растерянно. — Мне хочется угостить вас конфеткой!

Девчонка достала из сумки какую-то карамельку и протянула мне. Я взял, покрутил в пальцах.

— Ну, не отказать же даме, — сказал я и положил конфету в карман.

Марина снова уставилась в окно, но на этот раз с каким-то странным выражением лица. И через несколько секунд она продолжила:

— Вы знаете, Владимир Петрович… чуда, наверное, хочется, — Марина вздохнула. — Вот вы слышали, сегодня через полчаса будет звёздопад?