Книга Соучастница, страница 94 – Стив Кавана

Я встал и подошел к секретарю Стокера, судебному ветерану по имени Джерри. Последний судья, у которого он работал, очень любил поддать. Иногда являлся в суд слишком пьяным, даже чтобы просто сидеть прямо. То есть до тех пор, пока Джерри не вливал в него целый кофейник кофе, тем временем разными способами табаня представителей тяжущихся сторон, чтобы выиграть время. Другими словами, Джерри принадлежал к тому типу лояльных людей, которые редко встречаются среди вспомогательного персонала. Он был первым кандидатом Стокера, когда предыдущий судья, с которым работал Джерри, ушел в отставку.

– Джерри, мне нужно пообщаться с судьей, – сказал я. – Накоротке. Я не хочу, чтобы прокурор при этом присутствовал.

– А это вообще разрешено? Это имеет какое-то отношение к делу? – спросил Джерри.

В этот момент к нам подошел Гарри и поздоровался с ним. Они хорошо знали друг друга. Джерри даже выступал в роли крупье в не особо легальных карточных играх, которые Гарри некогда устраивал среди судейской верхушки.

– Эдди нужно поговорить с судьей наедине. Я знаю, это выглядит несколько необычно, но всё в порядке. Передай судье Стокеру, что переживать ему не о чем.

Обычно советнику в ходе судебного разбирательства не дозволяется разговаривать с судьей без присутствия представителя противоположной стороны. Это правило призвано исключить возможность каких-либо злоупотреблений, а также фактической или предполагаемой предвзятости. Это нигде не записано, это тоже из категории негласных договоренностей.

– Ну, если ты говоришь, что всё в порядке, Гарри… Хотя не думаю, что его чести это понравится, – сказал Джерри.

– Меня бы это не удивило. Кстати, как у тебя с ним складывается? – спросил Гарри.

– Он честный человек, – отозвался Джерри с обреченным вздохом, так что в переводе «честный человек» следовало понимать как «урод редкостный».

– Держи себя в руках, Джерри. Рад тут тебя видеть, – сказал Гарри.

После этих слов Джерри провел меня через заднюю дверь зала суда по коридору в кабинет судьи Стокера, который, чуть ли не оранжевый от загара, восседал за своим письменным столом. Раз уж на то пошло, этим утром он выглядел еще более бронзовым – наверное, предвкушал мириады репортажей в международных СМИ и хотел удостовериться, что выглядит наилучшим образом. Или, по крайней мере, наилучшим на его собственный взгляд. На мой же взгляд, выглядел он так, словно его окунули в бочку с лаком, а затем прошлись по щекам шлифовальной машинкой. Все это выглядело совершенно неестественно. И все же таковы уж некоторые люди. Чтобы скрыть тьму в своих сердцах, они носят ту или иную маску. Правда, не совсем хорошо представляют себе, ни как должна выглядеть нормальность, ни как должна ощущаться. Отсюда и некоторая экстремальность выбора.

– Доброе утро, ваша честь; я хотел бы обсудить один приватный вопрос, если позволите.

– Вам придется подождать, пока Джерри не вызовет обвинителя.

– Он не станет вызывать обвинителя. Как я уже сказал, это приватное дело.

– Джерри, где окружной прокурор? – прервал меня Стокер.

– Судья Форд разрешил вам поговорить с мистером Флинном по личному делу.

– Он больше не судья, Джерри, – бросил Стокер. – Судья в этом деле только один, и это я.

– И вы честный и справедливый человек, – сказал Джерри, после чего вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.