Книга Соучастница, страница 97 – Стив Кавана

– Да и не слишком-то она похожа на застенчивую и замкнутую женщину… В совещательной комнате шуму от нее будет больше всего.

Я открыл на планшете список членов жюри. Под каждым именем были какие-то рудиментарные пометки, которые Пельтье сделал во время отбора присяжных.

– Ее зовут Этель Горман. Бывшая управляющая скотобойни в Джерси. Никогда не была замужем. В свободное время занимается сбором средств для местной церкви и НСА[35]. Она зарегистрированная республиканка и категорически против масок для лица и вакцинации от коронавируса.

– Она… Как там таких принято называть? Карен?[36]– спросил Гарри.

– Не просто Карен, а настоящая кареновская королева, – сказал я.

Я просмотрел список запасных присяжных заседателей. Первым из них был Клэй Драйер, который сидел рядом с трибуной для присяжных с еще двумя запасными. Ему было примерно столько же лет, что и Этель. Был он почти полностью лыс, если не считать густой белой ленты волос, обрамлявшей блестящую макушку. На нем были очки в красной оправе, клетчатая рубаха, темно-синий блейзер и брюки-чинос. На запястье у него, прямо перед часами, было надето еще что-то. Какой-то браслет из ярких разноцветных бусин со свисающей с него кожаной биркой. Запасные сидели достаточно близко, чтобы можно было разобрать надпись на бирке. Я не мог прочитать ее целиком, но увидел достаточно, чтобы понять, что это одно-единственное слово – «Дедуля».

В записях Пельтье говорилось, что Клэй – плотник на пенсии, который женат на одной и той же женщине уже пятьдесят лет и имеет семерых взрослых детей. Теперь он и его жена присматривали за внуками, пока их дети и их супруги работали. Они любили устраивать большие семейные каникулы. У них было три собаки. Все семеро их детей со своими супругами и тринадцатью их внуками снимали на севере штата несколько соседних курортных домиков, где проводили все лето вместе, как одна большая семья.

– Надо как-то исключить Этель, а Клэя ввести в состав жюри, – прошептал я.

– Согласен. Нам нельзя рисковать. То, что устроит эта Этель в совещательной комнате, страшно даже представить. Господи, мы и без того в полной заднице, а Кейт… – Голос у Гарри дрогнул, когда он указал на список присяжных на экране планшета. – Кейт полагается на нас. Как бы нам вышибить Этель? Сейчас мы уже не можем дать ей отвод.

Мне предстояло с головой уйти в работу. В этот судебный процесс. Свидетелей. Обвинителя. Судью. А теперь и присяжных. Все мои мысли были нацелены на то, как развалить дело против Кэрри Миллер. Потому что другого выхода не было. Это был единственный способ спасти Кейт, которая была мне очень дорога. Надо было отбросить страх, мучительную тревогу и сосредоточить свое внимание на том, что сейчас только и было в моих силах, чтобы вернуть ее.

Но иногда, как сейчас с Гарри, я ловил себя на том, что думаю только о ней. Где же она сейчас, черт возьми? Она не ранена? Ей страшно? Что сейчас творится у нее в голове?

Дрю Уайт на противоположной стороне прохода от нас встал, обошел вокруг стола обвинения, занял свое место в процессуальной зоне зала, лицом к присяжным, и начал свою вступительную речь.

– Дамы и господа присяжные, меня зовут Дрю Уайт. Я тот человек, который ознакомит вас с доказательствами обвинения против Кэрри Миллер. Дело это весьма необычное. Я не могу припомнить ничего подобного. И, как и все необычные дела, оно требует особого внимания. Вашего внимания. Мы считаем, что к концу этого судебного разбирательства у вас могут сформироваться два обоснованных мнения. Первое – что Кэрри Миллер активно участвовала в убийствах наравне со своим мужем Дэниелом Миллером, более известным большинству людей как Песочный человек. У нее было то же намерение, что и у ее мужа, – намерение убивать. И, зная, что ее муж убийца, она намеренно содействовала его преступлениям. У нас есть доказательства, подтверждающие это ее намерение, и мы докажем, что она содействовала своему мужу. Другими словами, что она является его соучастницей. И что это делает убийцей и саму Кэрри Миллер.