Онлайн книга «Судный день»
|
– Какого рода лекарства? – спросил я. Я и не знал, что Энди принимает какие-то лекарственные препараты. – Это от тревоги. Они не входят в «Медикэйд» [34], и я не всегда могу их себе позволить. Если хотя бы пару недель лодыжка у меня будет в порядке, то я смогу запастись ими. Хотя в последние месяцы все так и болит не переставая. Только в величайшей стране мира работающей матери приходится взвешивать, покупать ли лекарства для себя или для своего сына. Патриция была готова обходиться без них и терпеть боль, если это принесет Энди хоть какое-то облегчение. И я знал, что она так и сделает. – Это недавнее явление – в смысле, тревога? – Нет, – ответил Энди. – Это у меня еще с подростковых времен. Не могу спать, не могу есть. И бывают панические атаки [35]. Иногда стресс усугубляет ситуацию. – У тебя был доступ к лекарствам в тюрьме? – Нет, они мне ничего не давали. В материалах дела не было ни слова о том, что Энди принимал какие-либо лекарства или что у него было диагностировано какое-либо тревожное расстройство. – Вы не против, если я задам вопрос касательно причины этого беспокойства? Конечно, это не всегда что-то конкретное. Иногда люди просто чувствуют себя плохо. Но если было что-то такое – может, какая-то душевная или физическая травма, – то я хотел бы знать об этом. Я не хочу никаких сюрпризов в суде. Патриция и Энди вместе покачивались на диване, и я видел, что это успокаивает его. Грудь у него уже не так резко вздымалась, а ноги перестали дрожать. – Это не был какой-то один инцидент, – ответила Патриция. – Люди просто не понимают, каково это – быть молодым чернокожим в Америке. Мне уже пятьдесят пять, Эдди. Я полагала, что моим детям придется легче в их жизни. Но не думаю, что у черных дела стали обстоять лучше, скорее наоборот. Стоит ли удивляться, что в этой стране молодой чернокожий мужчина принимает противотревожные препараты? – Наверное, вы правы. Многие люди сейчас уверены, что они вправе высказывать свое собственное мнение, каким бы отталкивающим оно ни было. Это пятно всегда омрачало Америку. Просто в наши дни мы видим его намного яснее. Со временем все наладится, – сказал я. – Вы в это верите? – спросила она. – Я думаю, что появилось новое поколение, которое не потерпит всего этого дерьма. Энди – его часть. Такие молодые люди, как он, спасут нас всех. Патриция не сводила глаз со своего сына, пока я произносил эти слова, и я видел, как надежда наполняет ее глаза слезами. – Ты сказал, что тебе приснился кошмар, Энди… Что это было? Когда рассказываешь кому-то о таких вещах, обычно становится легче. Тут он посмотрел прямо на меня, и за все время, что я живу на этой земле, я никогда еще не видел, чтобы кто-то был так напуган. – В последнее время мне каждую ночь снится один и тот же сон, – сказал Энди. – Как будто я привязан к большому креслу, но это кресло все в огне, и мне никак не выбраться из него. И еще там мистер Корн. Смеется надо мной – смотрит, как я горю… Глава 33 Тейлор Эйвери Тейлор Эйвери закрутил кран с горячей водой. Внимательно прислушался. Да, так и есть. Тихий стук в дверь. Он схватил кухонное полотенце, вытер руки. Прежде чем выйти из кухни, потянулся на верх холодильника за пистолетом. Снял со спусковой скобы запорное устройство [36]при помощи ключа со своей связки, после чего, опустив пистолет стволом вниз, направился к входной двери. Тейлор, мужчина среднего роста со светло-каштановыми волосами, был владельцем молочной фермы, на которой сам и трудился. Работа эта была долгой и тяжелой, отчего при его худощавом телосложении силы ему было не занимать. |