Онлайн книга «Отсроченный платёж»
|
– И что же он? – спросила Джулия, которая с интересом слушала рассказ Луиджи. – Он опять мягко улыбнулся и кивнул головой. Затем вернулся юноша и мы поехали молча. До самого Пери мы молчали, а парень иногда прерывал тишину своими очередными детскими восторгами. Отец неизменно улыбался и выглядел абсолютно счастливым человеком. – Хм… – Они вышли в Пери. Отец на прощанье наклонился ко мне все так же улыбаясь: «Мы обращались к врачам. Как раз сейчас я забрал сына из клиники Милана после операции. Теперь он может видеть. Я счастлив. Всего доброго, сеньор!» Джулия проглотила подступивший к горлу комок: – Как в кино. – Да, именно так. Как в кино. Я до самого Больцано тогда не мог отойти. Главное, что я извлёк из той поездки – никогда не суди о людях по внешним признакам. Даже у самой грязной проститутки душа может быть кристальной. Даже у самого добродетельного падре внутри могут жить бесы. – Библейские мудрости из собственной жизни? – улыбнулась наконец Джулия. – Скорее, опыт. Раз уж мы в Париже, процитирую Наполеона Бонапарта: «Опыт – ум дураков». Джулия расхохоталась: – Очень точное определение! – На то он и гений. Завтра в программе посещения Дом инвалидов. Я покажу тебе место, где покоится главный символ Франции, точнее его прах. Валетти ещё что-то рассказывал, но Джулия его не слышала. Она им любовалась. Мощный интеллект Луиджи завораживал. Ей нравилась его уверенность в себе, безупречные манеры, кругозор и чувство такта, когда мужчина даёт женщине возможность почувствовать себя немного слабой и в то же время защищённой. Тёмные глаза Валетти пылали, завораживали и уносили её в какую-то параллельную вселенную. Джулия вдруг почувствовала первобытное желание. Электрический ток пробегал от затылка, проскальзывал меж лопаток и опоясывал бёдра, ноги сделались совсем ватными. – …остались по всей Европе. – Валетти вдруг замолчал. – Тебе нехорошо? – Я устала, Лу. Пойдём наверх? – Да, разумеется, прости, я совсем тебя заболтал! Скоростной лифт бесшумно поднял их на последний этаж, Валетти остановился у двери своего номера, Джулия сделала несколько шагов по коридору и вдруг тоже остановилась. Развернулась к Валетти и сделала несколько шагов назад, к своим апартаментам. Положив руку на дверную ручку, она посмотрела ему прямо в глаза. Он выдержал этот взгляд. – До завтра, Лу! – сказала она глухо и скрылась за дверью. Луиджи с полминуты постоял в полумраке коридора, словно оттряхивая с себя наваждение, затем нажал ручку двери и прошептал: – Доброй ночи… В номере он привычным движением расстегнул ворот сорочки, небрежно бросил пиджак на подлокотник роскошного кресла и подошёл к окну. Внизу бурлила ночная жизнь. Туристов уже не было в этот поздний час, и весь проспект Георга Пятого занимали теперь снующие такси, мотоциклы, машины доставки еды. Чуть впереди, над крышами домов, Валетти видел свет с Елисейских полей, этой кровеносной артерии Парижа. Ему вдруг стало невыносимо одиноко. В отражении стекла виделись черты Джулии, её насмешливые глаза, улыбка, сводящая его с ума. Он вдруг поймал себя на мысли, что последние несколько дней были самыми лучшими днями его жизни. Чем старше ты становишься, тем ценнее для тебя моменты тихого счастья, когда ты смотришь на женщину и осторожно греешься в её лучах, никуда не торопясь, не форсируя события, а просто наслаждаешься самим процессом. |