Книга Отсроченный платёж, страница 81 – Макс Гаврилов

– Тебя уж все заждались, пойдём. После игры не убегай, поговорим. У меня есть очень важные новости.

– Хорошо.

В раздевалке было уже полно народу. Пахло разогревающей мазью, в воздухе висел тяжёлый запах пота, которым было пропитано буквально всё вокруг. Хоккей всё же был весьма специфичным видом спорта. Всё это снаряжение – щитки, нагрудники, перчатки и налокотники, коньки, раковины и гетры, всё это, конечно же, невозможно было стирать после каждой тренировки, поэтому густой запах въедался в вещи и жил в огромной хоккейной сумке-бауле. И теперь, когда полтора десятка здоровых мужиков деловито развесили весь свой хоккейный скарб на крючках и, весело переговариваясь, медленно готовились к игре, теперь этот аромат войны, смешиваясь с медицинским запахом камфоры и ментола, плотно висел в воздухе. Марк бодро прошёл по рядам рассевшихся по скамейкам мужиков, пожимая им руки, на ходу перебрасываясь шутками, отвечая на приветствия и широко улыбаясь. Ему нравилось это время. Оставалось около получаса до игры, Платов сосредоточенно наматывал ленту на клюшку, и Марк знал каждое его следующее движение, сейчас он домотает до конца крюка, затем ловко поворачивая, обернёт край и залепит самое ребро, затем аккуратно ножницами подрежет остатки, и наконец, возьмёт шайбу и торцом прикатает ленту по всей поверхности, а шайба оставит на белой ленте ровные чёрно-серые следы. Марк усмехнулся, глядя как Саня в точности всё исполнил. Знаменский сидел рядом, уже наполовину одетый, и что-то громко рассказывал Жоре Трифонову, огромному защитнику, пришедшему в их команду полгода назад. Хоть они и сидели рядом, до Шатова долетали лишь обрывки их разговора, да он и не прислушивался. Справа напряжённо настраивался на игру вратарь. Звали его Виталик, это был совсем молодой ещё парень, он сидел полностью во вратарской форме, только шлем лежал на коленях, глаза были закрыты, а в ушах торчали беспроводные наушники. Беспокоить голкипера в этот момент было не принято, Виталик сейчас был далеко за пределами раздевалки, очевидно, летал где-то в другой, вратарской галактике. Марк тем временем затянул шнурки на коньках, привычно пролез в вырез командного свитера и полез в баул за аэрозолем для визора. Он медленно нанёс жидкость на стекло, подождал немного и протёр его мягкой тканью.

– Ну что, парни, все готовы? – на середину раздевалки вышел их тренер, Никита Борисович. В руках у него как обычно была тактическая доска, размеченная как хоккейная площадка и красный маркер. Никита ещ пару сезонов назад играл в Высшей лиге, был лучшим бомбардиром своей команды и получил предложение из клуба КХЛ. В межсезонье он приехал туда на просмотр и в первом же контрольном матче клюшка соперника попала под визор, повредив ему глаз. Целый сезон он пропустил, мотаясь по клиникам, перенёс четыре операции, благо за счёт страховой компании, но в конечном итоге с хоккеем пришлось закончить, потому как зрение на правом глазу удалось сохранить лишь частично.

– Сегодня играем со «Спартой». Хорошая, быстрая команда. Три ровные пятёрки, быстрые края. Начнём играть в откат. Напоминаю, среднюю зону сопернику не отдаём. Когда они владеют шайбой, – маркер Никиты нарисовал крестик за воротами, – наш центр встречает атаку. Загоняем, я напоминаю, от середины к борту, – маркер полоснул по доске полукругом. Далее, крайние разбирают своих игроков, если соперники меняются местами, играем каждый с каждым. Это всем ясно?