Онлайн книга «Отсроченный платёж»
|
– Алло! – Привет, Олег! – О, какие люди! – голос Валова имел приятный бархатистый тон. – Какими судьбами, надеюсь все здоровы? – Нет, к сожалению. – Что случилось, Стас? – Да тут вчера товарищу стало плохо… прямо на льду. Отвезли к вам вечером. – Погоди-ка… – в трубке раздались звуки шуршащей бумаги, очевидно, Олег листал какой-то журнал. – Шатов? Марк Шатов? – Да, точно! Что там с ним было-то? – Пока не ясно, отправили на анализы, но вроде ничего страшного, чувствует себя хорошо, думаю, ерунда, переутомился. Сто раз тебе говорил, не насилуйте вы себя с этим хоккеем! Возраст ведь уже не тот! – Даже не начинай! – расхохотался Знаменский. – Ладно, вас ведь всё равно не проймёшь! Давай так, сейчас распоряжусь, все быстро сделают, к двум часам приезжай, посмотрю анализы, будет ясность. Не переживай, поправим друга твоего! – Отлично! Спасибо, Олег! – Не прощаюсь! Знаменский убрал смартфон в карман. До двух часов оставалось много времени. Как раз можно заехать в офис подписать документы и потом даже что-нибудь перекусить. От мысли о еде в животе что-то булькнуло, Стас усмехнулся, перевёл взгляд в окно и увидел Киру. Она сидела на переднем пассажирском сиденье стоящей в противоположном потоке «тойоты», что-то увлечённо рассказывала и улыбалась. Какая же она всё-таки красивая! Знаменский так и не смог рассмотреть человека за рулём, огромный блик от уличного фонаря ложился на водительскую сторону стекла. Машины тронулись, и поток поглотил и её улыбку, и искорки смеющихся глаз. Накатила тоскливая апатия. Всё же он скучал по ней. По её умным, пусть и холодным глазам, по её иронии, выглядывающей из каждого произнесенного ею слова, из каждой улыбки и даже мимолётной усмешки. Он скучал по её рукам, которые, просыпаясь утром, чувствовал на своей груди. Наконец, он скучал по её голосу, спокойному и мягкому. Он удивился, что подумал об этом лишь несколько дней назад, но ведь он никогда за эти несколько лет не слышал, чтобы она повышала голос! Даже тогда, стоя под холодным дождём, хлестая его по щекам обвинениями в изменах, даже тогда её голос был спокойным. Не мягким, но спокойным. Конечно, он пытался ей написать. Позвонить не хватило сил. Он сочинял это послание около получаса, писал, стирал, опять писал и опять стирал. Чтобы получить в ответ её убийственное: «Никогда мне больше не пиши. Прощай». Между тем он въехал на парковку офиса, вылез из машины и быстрым шагом направился в огромное здание. Здесь он на бегу ответил на приветствие охраны и уже направился к лифтам, но тут из бокового входа, от лестничного марша вынырнул Рощин. В руках он держал большой пластиковый ящик, наполненный какими-то вещами и документами. – Привет, Стас! Руку не жму, заняты обе, – Рощин выглядел взволнованным. – Да, привет Паш! Смотрю уже собрался? – Последнее забираю сегодня, через пару часов ключ сдам охране. Хорошо, что мы встретились, я тут заходил и к тебе, и к Марку, хотел попрощаться… Но… – Марк в больнице, – прервал его Знаменский. – Что-то серьёзное? – Рощин удивлённо поднял брови и поставил ящик на пол. – Да нет, с ним всё в порядке, обследуют. Сегодня дома будет. – Ну тогда я ему позвоню вечером. Знаменскому было жаль расставаться с Рощиным. Два дня назад сделка по купле-продаже доли Павла была оформлена и оплачена. После её заключения Знаменский фактически стал хозяином предприятия с заключёнными договорами на десятки миллионов евро, потратив всего полтора. Разумеется, что эти деньги надо ещё заработать, но это не меняло сути. Единственное, что занимало мысли Стаса, почему Рощин запросил всего полтора миллиона? Знаменский третий день искал подводные камни и не находил их. И сейчас, глядя в глаза Рощина, он решил прямо его об этом спросить. |