Книга Архонт северных врат, страница 122 – Макс Гаврилов

– Разумеется, в городе это не всем понравилось, – продолжал Медичи. – В день установки и открытиястатуи мне сообщили, что среди богатейших семей Флоренции опять зреет заговор. Они не хотят мириться с потерей власти, – он усмехнулся, и Мира видела, как сжались его кулаки. – Вчера городская стража заметила в ночной темноте человека. Он что-то прятал в постаменте. Когда его окликнули, он бросился бежать, до самого утра его пытались поймать, но он исчез. В постаменте он оставил вот это, – Козимо достал из рукава сложенный лист бумаги и поднял его двумя пальцами. Мира впилась глазами в листок. – Сегодня за этим посланием пришла ты. Но я распорядился оставить на его месте пустой лист, – он сжал скулы, и лицо его стало жутковатым.

Руки и голова Миры были скованы, она не могла посмотреть, сколько времени у нее осталось, и молила об одном – чтобы никто не увидел на ее руке светящихся цифр. Узнать, что же написано на листке бумаги, который Медичи вертел в пальцах, было необходимо именно в этот раз. Другого шанса у нее не будет. Ловушка, устроенная на площади, будет её ждать всегда, сколько бы она не пыталась переместиться.

– На кого ты работаешь? Мне нужно имя.

– Я не понимаю, о чём речь, я просто смотрела на статуи… – Мира лихорадочно соображала, как дальше строить разговор.

Козимо устало вздохнул и поднялся с кресла, затем подошел почти вплотную и посмотрел ей прямо в глаза.

– Ты молода и красива. Видит Бог, я не хочу портить твое тело железом и огнем, отдавать его на потеху слугам, но если ты будешь упорствовать, ты не оставишь мне выбора! – Козимо отошел в сторону и сбросил со стола грязноватое тканое полотно, покрытое засохшими и красноречивыми бурыми пятнами. Под ним оказалось огромное количество инструментов, от которых колени Миры начали неконтролируемо трястись. Медичи заметил это и усмехнулся.

– Знаешь, что это? – он поднял со стола металлический предмет, похожий на обыкновенное ведро. Мира покачала головой. Спина давно уже покрылась противной испариной. – Гастон, флорентийский палач, наденет тебе это на голову, – он расстегнул застежку, и «ведро» разделилось надвое. Мира увидела, что в верхней его части есть зарешеченное отверстие. – Затем в эту нору, – Козимо сдвинул решетку, – он запустит голодную крысу… Не вынуждай меня отдавать ему этот приказ, Фаустина! Я хочу знать, кто такой Рено Купе де Вилль, какое поручение он выполняет во Флоренции,и где его искать?

– Мне нужно увидеть, что было написано в письме, – Мира с трудом проглотила слюну, в глазах её стояли слёзы. Что отвечать на вопрос Медичи она не имела никакого понятия. Какой еще де Вилль? Козимо Медичи враждовал с семейством Строцци, это единственное, что она отчетливо помнила.

Козимо медленно подошел и развернул перед её глазами лист.

Renault Coupe De Ville.

Nascosto alla vista in profondità.[64]

XIV.IV.MCMXII.

– Итак? – он вопросительно поднял брови.

– Я должна встретиться с ним завтра на рассвете у баптистерия Сан-Джованни.

– Кто он, этот Рено?

– Я с ним не знакома, он человек, близкий к семейству Строцци. – Мира понимала, что несет какую-то чушь, но остановиться значило проиграть.

– Строцци?! – выпучил глаза Козимо. – Опять проклятые Строцци… Но они же изгнаны из города!

– Рено Де Вилль должен был установить связь с семействами, согласными поддержать заговор. Завтра он скажет мне день, в который они выступят.