Книга Смерть в летнюю ночь, страница 126 – Кристина Додд

– Вряд ли тебе удастся убить меня. Махать такой шпагой неудобно, поэтому у меня серьезное преимущество.

Титания принялась наносить мне удары, то слева, то справа, а я едва успевала парировать их, уворачивалась и лихорадочно искала способ перехватить инициативу. Ее лицо, ужасное в своей злобной сосредоточенности, раскраснелось и покрылось каплями пота, в горячке боя щеки стали похожи на оплывший по бокам свечки воск. Однако она упорно продолжала сражаться: шпага и длинные руки давали ей все возможности одержать победу, а я… Я истекала кровью, задыхалась и слабела. Своим необдуманным броском в начале схватки я поставила себя в невыгодное положение. Надо найти возможность перевести дух.

– Погоди-ка минутку, – совершенно спокойно проговорила я.

Титания так изумилась, что даже попятилась.

– Чего? – переспросила она.

Не моргнув и глазом, я опустила свои клинки, будто наш бой был лишь кратким перерывом в беседе.

– Ладно, – сказала я, – мне понятен мотив этих убийств: греховная любовь, ревность. Но, Титания… Зачем тебе понадобилось самой принимать зелье? Зачем нужно было притворяться, будто ты умерла?

Она замерла, медленно мигая, словно пыталась соединить произнесенные мной слова в имеющее смысл предложение.

– Кстати, отличный удар, – бросила я, как бы невзначай вытирая рукавом стекающую по лифу кровь. – Титания, если не расскажешь, никто об этом не узнает.

– Так и так никто не узнает, потому что ты сейчас умрешь!

– Может быть, не спорю… но разве тебе самой не хочется поведать мне о своем хитроумном плане?

Мой трюк сработал: от моих уговоров сам дьявол не смог бы преодолеть искушения предпринять пробный полет на небеса.

– Как твоя мнимая смерть повлияла на герцога Стефано?

Титания огляделась, словно искала поддержки и одобрения у мертвых.

– Я… Я думала, что просплю сорок два часа, – неуверенно пробормотала она.

– Ну да, как моя мать, – мне удалось произнести это так, будто я одобряю подобное безумие.

– Да, как твоя мать. И у Лейра будет время осознать, какую огромную ошибку он совершил, когда пренебрег моей любовью, когда кричал на меня. – Голос Титании окреп. – Проснуться я должна была на рассвете, но очнулась в полной темноте. Сначала я испугалась, подумала, что ослепла. Потом увидела звезды, – она показала на отверстие в потолке, – и поняла, что что‐то пошло не так. Может, я слишком рано проснулась? Или слишком поздно? Мне очень хотелось пить, и я сильно проголодалась. Куран обещал принести воды, вина и хлеба с сыром. Я попыталась встать и… упала. Ноги не держали меня, голова кружилась… Потом стало тошнить, но в желудке ничего не было. Я принялась ощупывать каменный пол, хотела найти выход…

Титания так ярко нарисовала кошмарную сцену: склеп, где по собственной глупости медленно умирает женщина, воплощая неотвратимое возмездие Провидения, что у меня мурашки побежали по коже.

– Какой ужас! Представить себе не могу, – вставила я.

Но увы, я слишком ясно это себе представляла – ведь и мне суждено умереть здесь, если что‐нибудь срочно не придумаю.

– Затем я нашла кувшин, – продолжала Титания, – напилась воды, и силы как будто вернулись. Попыталась поесть, но хлеб успел зачерстветь, а сыр высох и потрескался. Я открыла дверь и вдохнула свежий ночной воздух. Смотрела на праздник вдали и удивлялась, как это возможно: ярко горящие факелы, музыка и смех, а ведь меня совсем недавно принесли в склеп.