Онлайн книга «Смерть в летнюю ночь»
|
Нянька вскочила, ударившись головой о крышу, и, встав на колени и широко расставив руки, загородила меня собой. В руке ее сверкнул нож. Портшез качнулся, и носильщики опустили его на землю. – Онбыл любовником, каких во всем мире не сыщешь! Онумел как причинять величайшие муки, так и пробуждать испепеляющую страсть! А ты, ничтожная девчонка, собиралась стать его женой. Ты хоть понимала, на что идешь? В ее дыхании чувствовался запах кислого вина. – Прежние его жены уже призывают тебя к себе, их злобные души окружают тебя, их злоба воплотилась в… – Наглая тварь! Иезавель! [7]– раздался крик Марцелла. Он подскочил к Миранде сзади и грубо схватил ее. – Как смеешь ты нападать на синьорину Розалину?! – Я не нападаю! – Миранда вывернулась и завизжала Марцеллу прямо в лицо. – Я ее предупреждаю! Синьорина Розалина в опасности! Смерть следует за ней по пятам и скоро заключит ее в свои холодные объятия! Актриса она была талантливая и обладала звучным сопрано, что и продемонстрировала, взяв такие высокие и чистые ноты, что Марцелл, закрыв уши ладонями, невольно попятился назад. Тогда ее схватил один из носильщиков, а его товарищи быстро повалили скандалистку на землю. Я поняла, что эти крепкие молодые люди служат княжескими телохранителями. Однако Миранда не собиралась сдаваться, голос окончательно обезумевшей женщины звенел медью охотничьего рога: – Ты обречена! Ты обречена! Если не научишься отличать мертвяков от живых людей, они заберут тебя к себе, и ты будешь вечно скитаться, неприкаянная, между двумя мирами! Люди Марцелла наконец‐то связали ей руки и поставили на ноги. Пленница смотрела на меня такими скорбными глазами, что я не выдержала. – Дайте ей договорить, – велела я своим спасителям. Миранда вдруг заговорила мягким, спокойным голосом, совсем не похожим на ее недавние оглушительные визги. – Я предвижу свою гибель. И меня уже не спасти. А ты – избранная. Только ты можешь остановить эту беду, иначе все, кто тебе дорог, умрут вместе с тобой. Охранники потащили Миранду прочь, а она все продолжала причитать. – Берегись! Берегись… – доносились ее крики. Занавески задернулись, снова скрыв нас от окружающего мира. Нянька облегченно вздохнула и заговорила обыденным тоном, который сильно отличался от мелодекламации, которой мы только что стали свидетелями. – Мозги у нее протухли, как рыба на солнце. – Продолжая ворчать, она поднялась с пола и села на свое место. – Коленки у меня уже не молоденькие, не подходят для таких твердых досок. Вскоре носильщики подхватили портшез, и мы снова двинулись в путь. Я не знала, что и думать. Миранда, конечно, слегка свихнулась, но что, если в ее словах есть какая‐то доля правды? – Бед… – начала я. – Вот именно, что «беда». Эта девка, может, и чокнутая, но ведь герцога Стефано действительно кто‐то зарезал. А Порцию отравил. – Я хотела сказать «бедная женщина». Как ее швыряет по бурным волнам потерянной любви! – Скорее, швыряет от одной винной бочки к другой в каждом дешевом трактире, – нянька помахала ладонью перед лицом, якобы отгоняя запах. – Не без этого, конечно. Но ее горе мне кажется искренним. Носильщики двигались так легко и плавно, что меня нисколько не укачивало, но все же от невеселых мыслей на душе скребли кошки. Если помолвка с герцогом Стефано действительно представляла опасность для меня лично – бог с ним, я готова рискнуть. Но что, если беда коснется моих близких? Брата и сестер? Моих родителей? Нет, этого никак допустить нельзя! |