Книга Смерть в летнюю ночь, страница 60 – Кристина Додд

– А почему бы сестре князя не навестить наш дом? – спросила я. – Мои родители любят гостей, сестры могли бы поговорить с Изабеллой, дать несколько советов, а мой брат вообще обожает женщин и…

– Ваш брат? – перебил меня князь, взглянув на меня внезапно похолодевшими глазами.

– Да, его зовут Чезарио. Ему шесть лет.

Я подождала, пока до князя дойдет, что у меня нет никаких планов с помощью гнусных интриг попытаться с ним породниться.

К его чести, он сразу признал, что в этом я перед ним чиста.

– Ах да, да. Кажется, я посылал подарок ему на крестины.

– Серебряный кубок, и мы вам очень благодарны за щедрость. Обещаю, что Чезарио не будет учить вашу сестру лазать по деревьям.

– Белла и сама бы не стала… Впрочем, возможно, если б она хоть раз залезла на дерево… – Князь задумчиво потер лоб. – Она вечно сидит в библиотеке. Все о чем‐то думает… она вообще ужасно много думает!

Брат Лоренцо взял в руки снадобье, которое я приготовила для матери, и понюхал.

– Неужели опять?! – удивленно воскликнул он.

Одному Богу известно, с чего это он удивился. Он ведь с самого начала наблюдал за бурной страстью моих родителей, и именно он совершил обряд тайного венчания Ромео с Джульеттой, чтобы уберечь молодых от греха и помирить враждующие кланы Монтекки и Капулетти.

Этот его план, как перегруженный галеон, едва не потерпел крушение, и больше он с подобными зельями дела не имел. Во всяком случае… мне об этом ничего не известно.

– Да, опять, – ответила я брату Лоренцо и снова повернулась к князю, на чьем лице было написано учтивое безразличие относительно наших аптекарских дел.

– Давайте я поговорю с Изабеллой, вдруг ей нужен женский совет? Кстати, моя мать – женщина добрая и отзывчивая, хотя лично я считаю, что было бы гораздо лучше, если бы ваша сестра подружилась с Катериной. Они с Беллой почти одногодки, им есть о чем поговорить.

– Конечно! Они должны подружиться! – радостно воскликнул князь.

– Только потому, что обе женщины и одногодки?

– Я опять что‐то не то сказал?

Увидев его смущенное лицо, я рассмеялась.

– Монтекки славятся своим гостеприимством. Надеюсь, ваша сестра найдет в нашем доме новых друзей!

– Я буду молиться об этом.

Этот разговор кое о чем мне напомнил…

– Ваша светлость, – сказала я, – а ведь я должна вам целый флорин.

Я была уверена, что он откажется брать у меня деньги и только посмеется над моим предложением, а по дороге домой я смогу купить себе немного щербета.

Но князь посмотрел на монету и улыбнулся своей странной полуулыбкой.

– Спасибо, – поблагодарил он, преспокойно положил монету в потайной карман своего камзола и вышел, причем я обратила внимание, что его хромота по сравнению с предыдущим днем заметно усилилась.

– Минуточку! – крикнула я ему в спину: ведь он так и не объяснил мне свое участие в том, что герцог Стефано попросил моей руки. – Вернитесь, пожалуйста!

Вместо него в аптеку вбежала моя нянюшка, всегда такая хладнокровная и неустрашимая, она производила странное впечатление: щеки красные, рот разинут, округлившиеся глаза полны тревоги. Князь Эскал вошел следом за ней.

Я даже испугалась за нее.

– Нянюшка, что случилось?

Задыхаясь, нянька прислонилась к прилавку, пытаясь перевести дыхание.

– Она… Она…

Князь Эскал подвинул ей табуретку.

– Садись, добрая женщина, и говори. Кто – она?