Книга Смерть на церковном дворе, страница 8 – Колин Кэмбридж

Они сидели за широким столом в доме викария – здесь они каждую неделю сражались в шахматы. Доббл специально встал сегодня пораньше и приехал на велосипеде из Маллоуэн-холла, чтобы подбодрить приятеля перед обедом на Празднике убийств – а также удостовериться, что его малодушный друг не сбежит в последний момент. Дигби переживал из-за любой мелочи и часто страдал от нервных припадков, но Доббл знал, что викарий не обделен талантом, как в шахматах, так и в писательском деле.

Дигби положил руки на стол и крепко сжал пухлые пальцы, стараясь избавиться от дрожи.

– Больше всего я боюсь встречи с мистером Честертоном. Ведь он… он… ты знаешь, как я боготворю этого человека! Именно в его работах я черпаю вдохновение. Боже мой! А вдруг никому из них не понравился мой рассказ?

Доббл замотал головой.

– Не сомневайся в себе, Дигз, – сказал он ободряюще. – Я ведь сам читал твои рассказы, и поверь мне, они достойны издания. Кстати – но это между нами, – твой отец Веритас мне нравится гораздо больше отца Брауна. Честертон слишком напирает на все эти игры с зонтиком, да и постоянные эпитеты «маленький, низенький» в конце концов начинают раздражать. Низкорослый пастор в помятом костюме и с пустыми глазами – таким портретом он позорит духовенство, тебе не кажется?

– Ты что, правда так думаешь? – с надеждой спросил викарий.

– Ну конечно, – Доббл тепло улыбнулся, чего никогда не делал во время общения с персоналом Маллоуэн-холла. – Разве я сам не настаиваю, чтобы ты прочел мне новый рассказ – каждый раз, когда прихожу к тебе ужинать? Отец Веритас давно стал моим любимым детективом – конечно, после мсье Пуаро.

– Спасибо на добром слове, – ответил Дигби, еще сильнее сцепляя пальцы. Его глаза блеснули благодарными слезами. – Это такой милый комплимент, как сказал бы мсье Пуаро, просто… parfait… – так же как и мадам Кристи. – Он усмехнулся, потом вздохнул. – Знаю, как глупо и смешно я, должно быть, выгляжу, но все равно скажу… этот Аластер Уитлсби всегда придирается к моим рассказам, к мельчайшим деталям, представляешь? Я иногда ловлю себя на мысли, что мечтаю, чтобы у него исчерпались идеи… или он случайно уронил рукопись в камин… или еще каким-нибудь образом уничтожил свою писанину. Или… чтобы что-то случилось с ним самим. Понимаю, совершенно не по-христиански так думать, – сокрушенно добавил он.

– Аластер Уитлсби – бессовестная задница! – возмущенно воскликнул Доббл. – Пусть он подавится своими рассказами! Пусть его рукописи сгорят в огне или еще чего похуже… – Доббл мог припомнить немало случаев, когда Дигби приходил с собрания Клуба убийств чуть ли не в слезах. А все почему? Маленькой группой писателей Листли единовластно правил мистер Уитлсби, который в собственных глазах наверняка уже приобрел славу Шекспира в области детективной литературы. – Мне его дворецкий рассказывал, что он и дома ведет себя совершенно недостойно, не лучше, чем в вашем писательском клубе. Дрюсон утверждает, что они с братом так орут друг на друга, что послушать их прибегают даже кухарки с кухни.

Вне всякого сомнения, Аластер Уитлсби отличался самоуверенным и назойливым нравом и часто был жесток и груб. Но он был единственным стряпчим в Листли, да и отец-баронет оставил ему немного денег, так что он задирал нос и считал себя выше всех в деревне.