Книга Воспоминания убийцы, страница 153 – Юн Ина

– Да, помню ее.

– Что она за человек?

– Да как сказать. В тот раз, например, когда мы встретились, пусть это и ребячливо, но меня посетили не самые радужные мысли в связи с ней.

– Не самые радужные мысли?

– Ее муж был рослым мужчиной, тираном, отличался грубым характером. Она будто не смела и шагу без него ступить. Их отношения больше напоминали не отношения супругов, а… Как бы назвать… – Он не смог закончить предложение, посчитав, что слова прозвучат слишком резко. – Чону подумал, что люди на рынке, должно быть, догадывались, что Хван Миён подвергалась насилию со стороны мужа.

– Поэтому ли, не знаю, но она все время выглядела так, будто ей нездоровится.

– Какие были отношения у вашей мамы и Хван Миён?

– Они не были особо близки, практически не общались.

Чону вспомнил сцену, в которой эти двое дрались, вцепившись друг другу в волосы. Он хотел подгадать время, чтобы разузнать об этом. Как раз тогда мужчина резко застыл, будто что-то внезапно вспомнил.

– Я как-то в детстве ударил ее дочь. Кажется, пнул ту ногой. И у нее пошла носом кровь. Сейчас, конечно, думаю, что поступил некрасиво. Зачем я так сделал? – Вероятно, то воспоминание оставило в нем такой глубокий след, что он до сих пор не мог его забыть. – В молодости у мамы был довольно жесткий характер. Она в одиночку воспитывала пятерых детей, включая двух моих старших сестер, двух старших братьев и меня самого, позднего, младшего ребенка. У нее просто не было особого выбора. Но посмотрите на нее сейчас. Люди считают, что она изменилась из-за деменции, но мне так не кажется. Мне думается, что мама наконец стала такой, какой всегда и была внутри. – Мужчина понял, что увлекся, и вернул разговор в прежнее русло. – В любом случае у нее был самый мощный голос в той части рынка, фактически это она там всем заправляла. А хозяйка мясной лавки… Не знаю причины, но мне кажется, она относилась к моей маме с какой-то неприязнью, из-за чего отношения у них были натянутыми. А почему вы вдруг спрашиваете о ней?

– Мужчина, который привез вашу маму. Его имя – Со Тувон, а Хван Миён – его теща.

– Что? Теща? То есть он зять женщины из мясной лавки?

– Да, все верно.

– Значит, эта женщина пыталась убить мою мать из-за того, что в давнем прошлом у них был разлад в отношениях?

– Нет. Не будем делать поспешных выводов. Мне просто хочется учесть все возможные варианты и узнать поподробнее о том, что произошло, а также об их взаимоотношениях.

– Я действительно в замешательстве. – Мужчина прислонил свою огромную ладонь к ноющему лбу.

– Но по какой причине вы ударили дочь Хван Миён? Ли Чинсук.

– Теперь вспомнил, Чинсук. Обычно она вела себя как очень тихий, замкнутый ребенок. Девочка была хорошенькой. Но однажды она подошла ко мне. Чинсук, которая ни разу до того момента не заговаривала со мной первой, неожиданно окликнула меня.

* * *

– Эй! – Маленькая Чинсук позвала мальчика из лавки рисовых изделий, который в тот момент гонял в одиночестве мяч в рыночном переулке. – Он понимал, что девочка обращается к нему, но, не уделяя ей внимания, продолжал стучать мячом о стену. Будто красуясь перед Чинсук, паренек поймал отскочивший от стены мяч грудью.

– Эй! – еще раз позвала она его. В тот момент он не рассчитал силу удара, и мяч, ударившись о стену, стремительно полетел обратно, пронесясь в опасной близи от Чинсук. Только тогда мальчик наконец остановился и посмотрел на нее: