Книга Мутные воды, страница 55 – Дженнифер Мурхэд

– Ничего чинить не требуется. – Я вспоминаю про кухонную дверь, но не собираюсь говорить ему об этом. – У меня вообще-то есть дела, так что… – Я пытаюсь обойти его, и тут на моей руке повыше локтя смыкаются пальцы Эдди.

– Она не хочет быть одна! – кричит он, усиливая хватку.

Я заставляю себя не реагировать чересчур поспешно – не хочу заставлять его нервничать еще сильнее. Я медленно поворачиваю руку, но не могу высвободить ее.

– Эдди…

– Эдвард! – рявкает Дойл, и Эдди отпускает мою руку. Понятно, кто здесь главный.

Дойл делает шаг ко мне, и я отступаю назад, обводя взглядом двор в поисках лазейки – на тот случай, если мне придется убегать. На дороге, ведущей к дому, слышится звук мотора. Дойл бросает взгляд в ту сторону, потом снова смотрит на меня. Его челюсть подергивается из стороны в сторону, словно при нервном тике. Он что-то бормочет, но я не могу разобрать ни слова. Все, о чем я могу думать, – это о ноже в его заднем кармане и о том, как он умело обращался с ним.

Ракушечник хрустит под колесами машины на подъездной дорожке у самых ворот.

– Идем, – бросает Дойл, обращаясь к Эдди, и направляется к своему старому грузовику.

Эдди остается стоять на месте. Спустя секунду он сует руку в карман и достает еще одну металлическую фигурку, такую же, как та, которую он отдал мне на дамбе. Он протягивает ее мне, не отрывая глаз от земли. Эта фигурка скреплена при помощи сварки из бесформенных кусочков металла. Я смыкаю пальцы вокруг нее. Она выглядит далеко не так жутко, как первая, но все же заставляет меня замереть. Тот факт, что Эдди не только позволяет мне дотрагиваться до своих поделок, но и дарит их мне, свидетельствует о том, что нужно обратить на это внимание. Мне кажется – то, что он отдал мне уже вторую фигурку, очень важно. Он доверяет мне.

– Я сказал – идем! – кричит Дойл, и Эдди неуклюже бежит к грузовику.

Они отъезжают как раз тогда, когда сверкающий пикап вкатывается на подъездную дорожку и останавливается позади моей машины. Трэвис выскакивает с водительского сиденья и направляется ко мне, глядя вслед грузовику брата.

– Какого черта ему тут было нужно?

– Спрашивал, не нужно ли что-нибудь починить, – отвечаю я. – Говорил, что раньше занимался этим здесь.

Трэвис качает головой.

– Надеюсь, он тебя не напугал.

– Все в порядке. – Я смотрю, как грузовик Дойла скрывается среди дубов. Куколка Эдди холодит мне ладонь.

– Я получил твою записку, – сообщает Трэвис. Я в замешательстве смотрю на него, потом вспоминаю. Верно. Но такое ощущение, что с момента, когда я побывала в полицейском участке, прошли дни, а не считаные часы. Он поднимает палец. – И я приехал не с пустыми руками. – Он идет к своему пикапу и возвращается, неся бутылку вина и коробку с пиццей. Потом торжественным жестом поднимает вверх то и другое. – Я подумал, что можно поболтать за ужином. Но сумел раздобыть только вот это.

Не то чтобы я была голодна, однако я рада, что он здесь. Нам действительно нужно поговорить.

Трэвис следует за мной на кухню и смотрит, как я прислоняю металлическую куколку Эдди к большому термосу, где уже сидит первая. У меня такое ощущение, что Эдди пытается о чем-то намекнуть мне – как будто его куколки должны мне о чем-то рассказать. Но о чем? И кто та «она», которая не хочет быть одна? Его мать? Или это он сам не хочет, чтобы его мать была одна? И что пытался сказать мне Дойл? Явился сюда с ножом, поджидал меня… Если бы я могла улучить часок наедине с Эдди, возможно, я смогла бы узнать ответы. Но что бы я потом делала с этими сведениями? Мне нужно сосредоточиться на собственных проблемах. Сейчас не время анализировать чьи-то еще. Я оставлю это до возвращения в Форт-Уэрт.