Книга Мутные воды, страница 57 – Дженнифер Мурхэд

– Страховая выплата? – переспрашивает Трэвис. – Ради этого все и затевалось?

Я киваю, хотя пустота, образовавшаяся у меня внутри, когда сегодня днем я осматривала машину на штрафной стоянке, подсказывает мне, что дело было совсем не в этом. Я касаюсь ладонью обивки дивана, чтобы унять головокружение. Почему Мейбри отказалась снова садиться в машину?

Я воспользовалась стареньким пикапом Трэвиса, чтобы столкнуть кабриолет в байу. Потом я отогнала пикап обратно к его дому и оставила ключ внутри. В Тенистый Утес я вернулась пешком, неся в одной руке кассету с записью с камеры наблюдения, а в другой – мусорные пакеты, полные всякого барахла из кабриолета. Мне следовало бросить эту кассету под сиденье кабриолета и утопить вместе с ним, но я этого не сделала. Что-то подсказало мне сохранить ее – просто на всякий случай.

– Ладно, – произносит Трэвис, возвращая меня в настоящее. – По крайней мере, теперь я знаю, с чем мы работаем.

– Я знала, что это неправильно, – говорю я. – Я даже думала позвонить в полицию, но Кристаль Линн убила бы меня за это. И что бы тогда было с Мейбри? Я решила, что, может быть, в конце концов, куда-нибудь деть машину – это не так уж плохо. Ведь этим я бы никому не причинила вреда. Я сказала себе, что просто избавляюсь от того, что нам вообще не было нужно. И делаю это, чтобы помочь Мейбри. – Я ловлю взгляд Трэвиса. – Проблемы была в том… я не знала, куда ее деть.

– Поэтому ты приехала ко мне, – со вздохом завершает он.

– Поэтому я приехала к тебе.

Я не рассказываю ему остальные части этой истории. О том, как спрятала запись с камер наблюдения в коробке с мамиными «мыльными операми». О том, как Мейбри дрожала, лежа в кроватке. О покрытом синяками мамином лице.

– Я собираюсь поговорить с шефом, – заявляет Трэвис. – Рассказать ему правду. Учитывая все, что сейчас тут творится, он вряд ли особо разозлится. Я узнаю, что нужно сделать, и сообщу тебе.

Он явно преуменьшает, пытается показать, что это не настолько важно, как на самом деле. Или, быть может, это действительно не настолько важно. «А может быть, это ты пытаешься преуменьшить», – ехидничает мой внутренний голос.

Я тянусь за бутылкой с вином и заново наполняю свой стакан. Трэвис жует свой кусок пиццы, глотает его, не запивая. В окна бьются привлеченные светом насекомые.

– Значит, Дойл и Эдди приезжали сюда, чтобы отдать тебе одну из фигурок, сделанных Эдди? – спрашивает он, нарушая молчание. – Это кажется странным.

– Это и было странно. У Дойла был нож.

Эдди садится прямо.

– Он угрожал тебе?

– Нет. Это просто… ощущалось угрожающе.

– Что-то с ним не так.

– Вчера, на дамбе, мне показалось, что вы с ним не очень-то ладите.

Он бросает на меня взгляд, в котором явственно читается, что он не хочет поднимать эту тему. И я не виню его. Но какая-то часть моего «я», вечно ищущая ответы, похоже, не желает затыкаться, и следующая фраза слетает у меня с языка прежде, чем я успеваю остановиться:

– Ты не хочешь об этом поговорить?

– Просто такое бывает между братьями. – Трэвис берет еще один ломоть пиццы и откусывает от него. – На самом деле сейчас Дойл, похоже, взялся за голову. Он в кои-то веки устроился на работу – это ли не чудо? Строит оборудование для игровых площадок. Простое и постоянное занятие, именно то, что ему нужно, раз уж ему приходится содержать Эдди и нашу мать.