Книга Охота на волков, страница 56 – Валерий Поволяев

Подполковник вздохнул зажато, боясь растревожить только что утихшую зубную боль, пожевал губами: прокурор находился в выгодном положении, у него все люди на виду, а у Головкова нет, и насчет каши и носков своих подопечных он ничего сказать не может, вот ведь как… Кто знает, вдруг у него в приемной появится какой-нибудь сержантик, околпачивший Жанну, оттопырит ухо и то, что услышит, передаст завтра в банду?

Такое запросто может стрястись. Поэтому сержантика с ушами-локаторами надо обязательно вычислить и изолировать.

– Ладно, поехали дальше, – сказал Головков.

Почерк у бандитов – решительный, жестокий, они ничего не боятся, ни крови, ни того, что стрельбой своей разбудят город, ни соседей убитых, не боятся, наверное, и милиции. Похоже, что у них есть кто-то, кто имеет боевой опыт, прошел Афганистан, Таджикистан либо Карабах – в общем, побывал там, где было горячо. Вычислить такого человека трудно, бывших афганцев в городе много. Тысячи.

Что еще плохо для следствия – бандиты не оставляют свидетелей. Следы есть, но они – второстепенные, слабые, главных же следов нет.

– Ну, что будем делать, господин прокурор? – Головков осторожно прикоснулся пальцами к щеке: стрельба, похоже, кончилась, боль затихла, свернулась в клубок, взгляд у подполковника прояснел.

– Да выдерни ты этот гнилой корень ко всем чертям, не майся, – посоветовал Лысенко, поморщился, будто сам ощутил боль, которую ощущает подполковник, покачал сочувственно головой.

– Во-первых, это не гнилой корень, а нормальный зуб, во-вторых, выдернутый зуб уже никогда не вырастет. А мне нужны все зубы. Чтобы проволоку грызть и таким вот, – Головков постучал сгибом пальца по бумаге с оперативной сводкой о ночном убийстве, отпечатанной на машинке с плохой лентой, – глотки перекусывать.

– Что делать – понятно. Сколько человек можешь выделить в оперативную группу?

– Для начала – четырех человек, – подумав, ответил подполковник, – его вот, – он кивнул в сторону Ерохова, – еще одного следователя и двух оперативников.

– Город не сумеет чем-нибудь помочь?

– Поговорю. Но вряд ли. Там – постоянная запарка.

– Мда-а, никогда не думал, что криминал так нагло полезет из всех дырок. Он даже из народных ноздрей лезет, извини за выражение.

– Дали волю, вот и полез… А нам с тобою в ту же пору связали руки. Если мы с тобою еще можем арестовать дворника, совершившего преступление, то начальника ЖЭКа уже не можем, у него в администрации обязательно найдется покровитель. А то, что начальник этот – хапуга, рвач, вор, обирает старух, унижает фронтовиков-инвалидов – всем наплевать, главное, что часть нахапанного он несет наверх, делится там с некими шишками…

– Почему с некими? – спросил Лысенко. – Мы этих людей знаем. Они имеют фамилии. Придет время – и чиновнички эти за все ответят.

– А ты сколько людей дашь в оперативную группу? – спросил подполковник.

– Двоих. Больше не могу.

– А больше и не надо. Шесть человек – это хорошая боевая группа, наковырять может много.

– Главное – засечь банду.

– Сейчас она отлеживается, отдыхает, смотрит, как мы отреагируем на ее выступление, засекает, много ли мути поднимается со дна…

– Ничего. Скоро она, как это ни печально, проявится вновь.

– Твои люди вооружены? – спросил Головков.

– Недавно всем атестованным выдали пистолеты Макарова.