Онлайн книга «По степи шагал верблюд»
|
* * * В августе 1945‐го на грузовом перроне в Красноярске принимали невиданный доселе груз: двух живых верблюдов. Ярко-коричневый горбоносый самец осторожно ступил на таежную землю, принюхался и неуверенно затрубил. Его спутница – изжелта-белая верблюдица с пушистыми нежными ушками, обрамленными кромкой темной шерсти, – с опаской глядела на поезда, склады и груды готовой к отправке древесины. Ей не хватало простора в этом пропитанном маслом и гарью закутке мира. Сопровождавший их парень – видный молодой азиат – быстренько выправил документы, заплатил что положено за провоз и еще немного сверху и повел своих питомцев подальше от пыхтящих паровозов и чеканного блеска натруженных рельсов. – Тур[124], тур, мои хорошие! – Артем остановился на пролеске, где не шумела трудолюбивая дорога, вытащил из рюкзака спекшиеся соляные камушки, угостил. Через час с небольшим на дороге показался заляпанный грязью «виллис», брезентовый верх был опущен, на кожаном сиденье играло редкое в этих широтах солнце. – Ни хрена себе подарочек твой батя приготовил! – Из «виллиса» вылез грузный Валентин в куцем пиджачке с закатанными рукавами. – И как ты добрался? С этими‐то? – Героям войны везде дорога! – Артем смущенно рассмеялся. – Главное, чтобы освоились у вас тут. А шубат делать совсем просто – залить в закваску молоко, и все. – Честно признаться, не верю я в эти народные целительства. – Валентин помрачнел. – Но и пренебрегать не буду. Эх, отвезти бы стариков на берег моря, к теплу. Но мне отсюда выбраться нельзя, а одни они жить не смогут. Так что? Давайте знакомиться! – обратился он к верблюдам, вполне обжившимся на пролеске и беззаботно щиплющим траву. – Вот этот – Коныркул, коричневый раб. Знаменитого семени степных великанов. А это его жена Жулдыз – значит «звезда». Дай бог, через два года у вас будут и верблюжатки. – Два года? Так долго носит? – Нет, тринадцать месяцев. Это я с учетом погодных условий припуск на ветер взял. – Артем снова засмеялся. – Ну поехали, джигит. Как твой дед там? – Все хорошо, спасибо, а как… – Голос предательски задрожал, неуместная пауза забилась пойманной рыбкой в сетях. – Со Стешей все хорошо. На днях устрою тебе свидание. – Правда? Вот спасибо, дядь Валь. Артем поселился у Ивана Лукича, пожилого и немощного, но отказывающегося оставить свою кривоватую хибарку и переехать с лежачей Серафимой Григорьевной к сыну. Сам ухаживал за ней, сам готовил. Полковник НКВД не поддерживал такого рвения, но и спорить с родительской волей не брался. В тот же день начали строить загон для верблюдов, размечать место под теплый сарай, под кормушки. Застучали топоры, закипела кровь в непривычных к мирной работе руках. Крепкому сну не мешала ни звонкая комариная кадриль, ни надсадный стариковский кашель из‐за хлипкой стены. Наутро, облившись ледяной водой, Артем стоял навытяжку перед Коныркулом и Жулдыз и репетировал торжественную речь, заготовленную для Стефани: – Наша случайная встреча стала мне уроком. Теперь я понимаю, что вражеские солдаты тоже люди и заслуживают человеческого отношения. В этой связи… Коныркул недовольно отвернулся, подергал ноздрями. – Я привез часы, которые ваша матушка хранила долгие годы в память о знакомстве и детской дружбе с моим отцом. Предлагаю продолжить традицию семейной дружбы в новом поколении, то есть между нами… Нет! Тьфу, гадость. |