Книга Убийственное Рождество. Детективные истории под ёлкой, страница 11 – Николай Свечин, Валерий Введенский, Андрей Добров, и др.

— Эй, барин…

Я повернулся. Молодой человек, одет по-простому.

— Что вам угодно?

— В лавке про товар с изъяном спрашивать нельзя. Они-с репутацией дорожат. Вишь, какой покупатель здесь? Нам не чета. А вот ежели сзаду зайти, там пожалуйста. Хошь провожу? Всех там знаю. И машинка нужная имеется, за три рубля отдадут.

Я чуть было не расцеловал молодого человека. Вышли мы на проспект, обогнули лавку, там он меня и приложил. Словно не кулак у него, а гиря стопудовая. Ойкнуть не успел, свалился.

— Кастетом бил, — объяснил Крутилин.

— Когда очнулся, лавка была уже закрыта. Я поплелся в участок. Что было дальше, рассказывал…

Крутилин вздохнул. Такие дела должна расследовать наружная полиция. Но народец там подобран некалиброванный: и лентяи попадаются, и такие, что за долю от мазурика глаза на преступление закроют. Эх! Конечно, хотелось домой — сочельник на носу, надо бы и отдохнуть перед Всенощной — придется повременить, Петрунькину помочь, потому что дочку его жалко до слез — последнее у девочки Рождество. И мечта последняя.

Так, так… Старшего агента Фрелиха переоденем в рваную шинель (такая в гардеробе сыскного отделения как раз имеется), будет весь деньвыспрашивать в лавке Тышова дорогую игрушку с изъяном. Вдруг преступник захочет снова провернуть принесшую удачу комбинацию. Авось и поймаем… А ежели нет? Иван Дмитриевич решил, что при любом исходе купит несчастной Глашеньке машинку.

— Что ж! Ступайте обратно в присутствие…

— Нет, нет! Иван Осипович отпустили насовсем. Потому что нянька велела прийти сегодня пораньше, ей домой надо, стол готовить. Праздник!

— Адресок свой напишите. Как поймаю мер­завца…

— Неужто поймаете?

— Обещаю!

— Всю жизнь за ваше здоровье свечку буду ставить.

Крутилин сунул в карман записку с адресом и готов был распрощаться, однако на всякий случай задал дежурный вопрос. А вдруг?

— Внешность нападавшего не разглядели? Может, особые приметы?

— Ой, простите, хотел с того начать. Но пребываю в таком волнении… У него мизинца не хватает на левой руке.

— Что ж молчали? — Крутилин два раза дернул за сонетку.

Буквально через секунду — сыскная занимала весьма скромное помещение в Адмиралтейской части — в кабинет зашел делопроизводитель.

— Дело Колударова. Живо, — велел Крутилин.

— Старшего? — уточнил подчиненный.

— Младшего, — рявкнул Иван Дмитриевич.

Поиски заняли минут десять. На подшитом к делу фотографическом портрете Петрунькин опознал нападавшего. Крутилин снова дернул за сонетку, теперь не два, а всего лишь раз, и в кабинет зашел чиновник для поручений Яблочков.

— Пора тебе размяться, Арсений Иванович. Бери двух агентов, только обязательно с револьверами, и лети в Пески. Задержишь там сего голубчика. — Крутилин указал на фотопортрет.

— Адрес?

Крутилин пролистнул дело. Адрес почему-то не указан. Как выглядит дом, Иван Дмитриевич помнил, но вот улицу и номер, хоть убей:

— Сам покажу.

Крутилин велел агентам обогнуть старый одноэтажный домик и занять позицию на задворках — младший Колударов прыток: и с чердака способен сигануть, и через окно выбраться. Сам же в сопровождении Арсения Ивановича прошел к двери и постучал. Им открыл плешивый старик, одетый в рубаху навыпуск и старые с дырками портки.

— Никак Иван Дмитриевич? — спросил он, заслоняя ладонью яркое зимнее солнце.