Книга Убийственное Рождество. Детективные истории под ёлкой, страница 38 – Николай Свечин, Валерий Введенский, Андрей Добров, и др.

— Пойдем поищем?

— Господин надзиратель! — Алексеев аж вскочил. — Какая тряпка, вы что, хотите меня праздника лишить?

— Позвольте с вами с глазу на глаз пооб­щаться?

Алексеев помотал головой, но все же приказал городовым:

— Выведите его на улицу, ребята, и там нас ­ждите!

Из подъезда сыскной надзиратель и сыскной чиновник вышли через четверть часа.

— И надо же было мне вас в трамвае углядеть! Свалились на мою голову. Сейчас бы сидел в домашнем халате, пил бы коньячок, а придется… Впрочем, насчет коньячку можно и распорядиться — вроде первая звезда уже появилась. Тут рядом ресторанчик неплохой — «Белый медведь». Предлагаю перед визитом к безутешному вдовцу туда заглянуть.

— Нам надобно сначала тряпку найти.

— Ищите. Как найдете тряпку — ищите меня, я буду в «Медведе», Слюсаренко, — Алексеев указал на василеостровского сыскного надзирателя, — знает, где это.

— А с этим что делать? — спросил Тараканов, указав на Долгополова.

— Как что? Я же распорядился — в сыскную, в камеру. Пьяны вы, что ли, приказа не слы­шали?

Купец открыл сам — видимо, горничная еще не вернулась.

— Это опять мы, Александр Федорович, — язык у сыскного чиновника слегка заплетался, — вернулись, чтобы сообщить вам приятную новость. Вещички ваши найдены.

По лицу Баймакова пробежала едва заметная тень. Алексеев меж тем, не спрашивая разрешения, прошел в залу, подкрутил фитиль на лампе, выложил сверток с драгоценностями на стул и развернул:

— Вот-с, извольте взглянуть.

Купец кинулся к столу, схватил в руки «маркизу» и поднес к глазам:

— Это ее, Наденьки.

Он опустился на стул и закрыл глаза руками. Несколько секунд плечи Баймакова тряслись. Потом он вскочил:

— Но если… Если вы нашли вещи, стало быть, вы нашли и убийцу?! Где он? Дайте мне посмотреть ему в глаза!

— Извольте, смотрите.

На столе стояло овальное зеркало на изящной подставке.Алексеев поднял его и поднес к лицу купца:

— Любуйтесь!

Баймаков сначала недоумевающе посмотрел в зеркало, потом — на сыщика, а потом сжал кулаки и заиграл желваками:

— Что? Да как… Да я тебя!

Тараканов и Слюсаренко среагировали вовремя — повисли на руках у купчины и повалили его на пол. Тот бешено сопротивлялся. Наконец устал и затих. Слюсаренко вытащил из кармана пальто веревку и перетянул Баймакову руки за спиной, потом они с Осипом Григорьевичем усадили его на стул. Купец тяжело дышал:

— Ты у меня… вы все у меня… Я… куда Макар телят не гонял! У меня в градоначальстве…

— Тю, тю, тю, — Алексеев сел напротив задержанного и вытащил из кармана портсигар, — я закурю? И не дождавшись разрешения, чиркнул спичкой, положил ее в стоявшую на столе пепельницу, выпустил струю дыма.

— Гусь вас сгубил, Александр Федорович, кабы не он, мы б это преступление не открыли бы.

— Какой гусь? — заорал Баймаков. — Что за бред вы несете?!

— Гусь обыкновенный, серый, лапчатый. А бреда я никакого не несу. И чтобы вам было понятнее, я сейчас все вам объясню.

— Да, потрудитесь, пожалуйста.

— С удовольствием. Итак. Похищенные у вас ценности мы нашли у гусятника Долгополова, что живет в шестнадцатом доме по Тринадцатой линии. Это рядом с вами, а если идти не в обход, по проспекту, а напрямки, по дворам — так вообще в ста саженях. Сначала мы подумали, что Долгополов и есть убийца, но ряд деталей позволил нам сделать вывод, что это не он.