Онлайн книга «Тайна синих озер»
|
— Игорь! Я все про списки, про справку… — Дак это… уже написал! — затолкав задержанного в решетчатый «аквариум», обернулся Дорожкин. — Артачился! Фуражку с меня сбил, гадина. Погоди, оформлю я его по мелкому. А потом и по хулиганке пойдет… белым лебедем! Слыхал, Глот? — Ну, ты это… командир… Я же не нарочно! Не такой и пьяный оказался задержанный! И на зону «белым лебедем» плыть не хотел. — Глотов Илья Вадимович, — понизив голос, пояснил участковый. — Он же — Глот. Из той компании, что в справке. Сейчас я его оформлю, а после собрания и допросить можно будет! — Так а чего ждать-то? — следователь радостно потер руки: и впрямь повезло. — Давай его ко мне прямо сейчас. Мне-то все ваши собрания до лампочки! — Хоть кому-то хорошо! — пошутил объявившийся в дежурке Ревякин. — Володь, кое-что есть… Потом почирикаем. — Та-ак! А ну-ка давайте все живо в ленкомнату! — из кабинета грозно выглянул начальник, майор Вострецов. — Ага… Дорожкин здесь — хорошо! Игнат… Дежурка… Постовые… Ха! Теркин где? Опять, поди, пьяный? — Так пять минут еще, Иван Дормидонтович, — вступился Ревякин. — И вовсе я не пьяный! — из приоткрытой двери кабинета техника-криминалиста просипел простуженный обиженный голос. — Фототаблицу вот к протоколу осмотра делаю. И вот тут следы еще дополнительно обнаружились — к идентификации, увы, непригодные. Услыхав такое, Алтуфьев сразу же сделал стойку, как хороший охотничий пес: — А почему непригодные-то, Африканыч? — Туфли парусиновые ты как идентифицируешь? Даже размер — и тот примерно. Сорок второй — сорок третий. — Постой-постой… — заволновался следователь. — Это ты про старую школу? — Про нее… — в коридоре появилась тощая фигура криминалиста с фототаблицей в руках. — У Шалькина-то — сапоги яловые, с характерными такими гвоздиками подошва. Ну а у погибшей и у этой еще, Матвеевой, вообще «лодочки». Я тут карандашиком красным отметил — где туфли на парусинку накладываются, а где — наоборот. — Выходит, был кто-то третий. В одно и то же время… — Вот уж выводы не мне делать. Но похоже, что так. — Ладно, потом договорите, — жестко промолвил начальник. — Африканыч, давай дуй на собрание. Ага… Это что еще за чудо? Из дежурки притащили пьяного Глотова. — Это ко мне, Иван Дормидонтович, — Алтуфьев быстро схватил задержанного за локоть. Крепко так схватил, будто опасался, что и Глотова майор ничтоже сумняшеся тоже загонит в ленкомнату. — А! — добродушно улыбнулся начальник. — Работайте, Владимир Андреевич. Если что надо, мы тут. — Спасибо. Введя задержанного в кабинет, Алтуфьев прикрыл за собой дверь и указал на стул: — Присаживайся. Следователь районной прокуратуры Алтуфьев Владимир Андреевич. — Ой! А мы ничего такого… — А ты у нас, значит, Глотов… э… — Точно так! Стало быть, Глотов Илья Вадимович. Ранее привлекался… По сто сорок четвертой… часть два… мопед там это… случайно укатили… А потом, стало быть, — по УДО! Все честь по чести. — Так, Илья Вадимович… — Алтуфьев строго взглянул на Глотова, так что тот — плечистый, хоть изрядно уже и потрепанный жизнью бугай с квадратной челюстью — вдруг вжался в стул, словно захотел спрятаться, укрыться от этого тяжелого взгляда, сделаться как-то незаметнее, меньше. — Скрывать не стану: времени у нас с тобой мало. Про убийство небось уже слышал? |