Книга Шрам: Красное Море, страница 163 – Сим Симович

Пьер посмотрел на тонкую тень под ветошью. Кровь вокруг уже стала тёмной, почти коричневой. Человек под ветошью был лёгкий, худой. Не моряк, не охранник. Дышать он уже не собирался.

— Это он? — спросил Пьер тихо.

— Да, — ответил охранник. — Я видел, как он перелез. Я стрелял. Он ещё пытался что-то сказать. Но потом упал.

— Хорошая работа, — сухо сказал Маркус. Это было не утешение. Это была фиксация факта: угрозу сняли.

Пьер не задержался на трупе взглядом. Война, даже такая мелкая, любит, когда ты смотришь на последствия. Она заманивает на секунду, на две, на пять. А потом в углу появляется новая причина не жить.

Они прошли к очередной лестнице. Пьер первым заглянул за угол, повёл стволом, выдохнул.Пусто. Только бочки, верёвки и мокрый след от чьей-то обуви, ведущий к двери.

— Следы свежие, — сказал он.

Маркус поднял руку, остановил их. Смотрел на дверь в надстройку. Дверь была закрыта, но не заперта, просто прижата.

— Капитан, — сказал он громче, чтобы его услышали внутри. — Это охрана сопровождения. Мы на борту. Не стреляйте в нас. Откройте дверь.

Изнутри сразу не ответили. Потом послышалось движение, цепь, щёлк.

Дверь приоткрылась на ладонь. В щели показался глаз, красный от жары и бессонницы.

— Кто вы? — спросил голос на плохом английском.

— Те, кто сделал так, что вы ещё дышите, — спокойно сказал Маркус. — Откройте. Мы проверим, что у вас нет гостей, и уйдём.

Щёлкнул второй замок. Дверь открылась шире.

Внутри было прохладнее. Работал кондиционер, но он не спасал от общего запаха: пот, страх, солёная влага. В узком коридоре стояли люди. Моряки, охранники, кто-то из офицеров. У всех лица одинаковые: «мы не хотели этого, но оно пришло».

Капитан был невысокий, плотный, с седыми висками и взглядом человека, который слишком долго живёт между небом и водой и не верит никому, кто говорит «всё будет хорошо».

— Вы опоздали, — сказал он срывающимся голосом. — Они почти были на борту.

— Но не были, — ответил Маркус. — Это главное.

Капитан сжал губы.

— Один был. Мы его… — он махнул рукой, будто отгонял муху. — Вы видели.

— Видели, — кивнул Маркус. — Дальше по списку. Сколько ваших людей на палубе? Сколько в трюме? Кто ранен?

Капитан помолчал, как будто пытался быстро собрать мир в удобный отчёт.

— Один охранник ранен в плечо, — сказал он. — Не смертельно. Один моряк порезался, когда падал. Остальные… живы.

Пьер заметил взгляд одного из охранников контейнеровоза. Тот смотрел на них не как на спасателей. Скорее как на стихийное бедствие, которое оказалось на их стороне. Это тоже форма страха.

— Есть подозрения, что кто-то ещё остался на борту? — спросил Маркус.

Капитан качнул головой.

— Мы не знаем. Мы закрылись. Мы слышали стрельбу. Мы слышали, как кто-то кричал. Потом всё стало… тише.

Тишина на море никогда не значит «всё закончилось». Она просто значит «кто-то перезаряжает».

Маркус повернулся к своим:

— Работаем. Пьер, Дэнни, справа со мной. Рено и Карим влево, проверяете двери и лестницы.Никаких одиночных походов. Если видите что-то странное, не геройствуете, зовёте.

Рено театрально вздохнул:

— Меня держат на поводке. Какая жестокость.

— Ты не собака, — сказал Маркус. — Ты граната! Я просто хочу, чтобы ты не взорвался не там.

Карим коротко улыбнулся, но улыбка тут же умерла. Он увидел человека на полу, возле стены, с бинтом на плече. Раненый охранник. Тот пытался выглядеть мужиком, но руки у него дрожали.