Книга Его версия дома, страница 53 – Хантер Грейвс

И только Коул не отводил глаз. Его взгляд, тёплый и внимательный, был прикован ко мне. В нём было понимание. Глубокое, обжигающее понимание того, что он только что осветил прожектором пустое место.

— Жаль, — произнёс он тихо, нотак, что слова прозвучали громче любого крика. — Я, например, помню, как моя мать, даже с двумя работами, всегда находила час, чтобы посмотреть, как я играю в бейсбол. Даже если я был запасным.

Мать побледнела. Отец перестал жевать.

А я смотрела на него, и в горле стоял ком. Он не просто понял.

Он заступился.

— Мистер Мерсер... — начала мать ледяным тоном, но он мягко поднял руку.

— Прошу прощения, Лидия. Просто услышал о соревнованиях и вспомнил, как это важно — чувствовать поддержку. — Он снова посмотрел на меня, и в его глазах горел живой интерес. — Так ты либеро, да? Защита. Самая ответственная позиция.

Он знал. Он запомнил.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

— Когда соревнования? — спросил он с искренним любопытством.

— В пятницу. В семь, — прошептала я.

Он улыбнулся — широко, по-настоящему.

— Я приду, Кейт.

Он произнес это тихо, но с такой непоколебимой уверенностью, что слова прозвучали как обещание, высеченное в камне.

Затем его взгляд, всё ещё тёплый, медленно скользнул к моим родителям. В нём не было вызова. Была вежливая учтивость, скрывающая стальную волю.

—...Родители ведь не будут против?

Я металась глазами от отца к матери, и боже, я никогда не видела такого выражения лица на их лицах. Он обезоружил.

Мать первой нашла голос. Он прозвучал тонко, как надтреснувший хрусталь.

— Мистер Мерсер, это… совершенно не обязательно. Мы ценим вашу занятость...

— Я не спрашивал, обязательно ли это, Лидия, — мягко, но неумолимо перебил он. — Я спрашивал, не будете ли вы против. Каждое его слово было ударом молотка, вбивающим гвоздь в гроб родительского равноправия. Он ставил их в ловушку.

Отец прокашлялся, его лицо приобрело оттенок вынужденного согласия.

— Ну, Коул, если ты… действительно свободен в пятницу... Мы, конечно, не против.

— Я всегда интересуюсь тем, что имеет потенциал, Джон, — ответил Коул, и его взгляд снова, на секунду дольше, задержался на мне. — А Кейт, как я вижу, полна потенциала. И не только на площадке.

Моя мать чуть не взорвалась от такой наглости, она все пыталась безмолвно достучаться до отца, но ничего не выходило. Это был выигранный раунд.

И я была чертовски восхищена этим.

Он поднялся, его движения были плавными и уверенными.

— Тогда договорились. Пятница,семь. Удачи в подготовке, Кейт.

______________________________________________________________________________

Коул под конец ужина с почтительным, но не лишённым собственного достоинства жестом пожал руку генералу, чей хриплый голос уже гремел в трубке нового звонка, и учтиво склонил голову в сторону матери, погружённой в бесшумное устранение следов трапезы с безупречной скатерти. Следуя неписаному протоколу, я проводила гостя в прихожую, где его куртка висела, как тёмная тень, на вешалке. Мои пальцы, почти не дрожа, сняли её и протянули ему.

Именно тогда, в полумраке холла, под приглушённый гул отцовских разборок и тихий звон фарфора из столовой, он наклонился ко мне. Не нарушая дистанцию, но сокращая её до интимного, почти невидимого зазора, через который просочился его шёпот — низкий, наполненный беззастенчивым, весёлым озорством.