Книга «Килл-сити»-блюз, страница 105 – Ричард Кэдри

— Где ты нашла этих Серых? — спрашиваю я.

— Они так называются? Хэтти знала, где их найти, — отвечает Кэнди.

— Дети Саб Роза рассказывали истории о них. Я и не знал, что они ещё остались. Предполагается, что они из Англии, а, может, Шотландии или Ирландии. Там, где плохие зубы. Древние ублюдки. Старая-престарая магия. Я не знаю их настоящего имени, но не называй их феями, гоблинами, троллями или ещё кем-нибудь из этого дерьма в стиле Питера Пэна. Они очень чувствительны к этому, особенно среди американцев.

— Хэтти заключила с ними сделку. Она сказала, что здесь великий волшебник, который будет им обязан.

— Здорово. Где она?

— Исчезла ещё до того, как мы направились обратно. Не думаю, что её волновало, кто победит в драке, лишь бы кто-нибудь причинил вред шогготам.

— Боже.

— Всё это дерьмо из-за Аэлиты. Это заставило меня задуматься. Скажи мне кое-что. Почему ты никогда не спрашиваешь меня о Доке?

— Док Кински мёртв. С чего бы мне спрашивать?

— Он был твоим отцом.

— Только технически.

Настоящее имя Дока Кински было Уриэль. Он был архангелом и крылатым ублюдком, трахавшим мою мать и оставившим её одну с ребёнком, которого она не очень-то и хотела. И его убила Аэлита.

— Не говори о нём так. И ты лжёшь. Ты хочешь знать, но никогда не спрашиваешь.

— Как я уже сказал. Он мёртв. Мертвее, чем будет любой из нас. Когда ангел умирает, от него ничего не остаётся. Как будто его и никогда не было.

Кэнди отворачивается и смотрит на остальных. Бриджит выглядит слегка потрёпанной, хотя и не так сильно, как я. Видок перевязал ей обе руки и левую кисть. Травен обнимает её за плечи. Она прижалась к нему.

— Док всегда о тебе заботился. Он просто не говорил об этом — вы оба идиоты, чтобы признавать такие вещи. Но он искренне переживал за тебя.

— Мы можем заняться семейной терапией позже? Я занят тем, что истекаю кровью.

Кэнди с минуту молчит.

— Нужно было захватить с собой Царской водки, — говорю я.

— Ага, с разрезанным животом тебе как раз нужна выпивка. Мог бы и там умереть.

— Но не умер. Ты мой Робин Гуд.

Она опускает взгляд на свои руки.

— Что будет, когда мы умрём? Я отправлюсь в Ад? Я убивала людей. Не так, как сегодня. Когда кормилась.

— Ты не человек. Я не уверен, что для вас те же самые законы.

— Ты видел в Аду каких-нибудь Таящихся?

— Несколько.

— Тогда, возможно, те же самые. Кроме того, ты не совсем человек и всегда говоришь, что попадёшь в Ад.

— Я в достаточной степени человек. Половина меня. Полагаю, этого хватит на билет в Даунтаун.

Она соединяет разорванные половинки моей рубашки, словно они могут зажить, как кожа. Но этого не происходит.

— Спасибо, что показал мне кусочек Ада, — говорит она. — Я теперь не так его боюсь.

— К чему всё это?

Она переводит дыхание.

— Что будет с нами, когда мы умрём?

— Не знаю. Я никогда не видел в Аду нефритов, и никто не знает, что случается с нефилимами.

— Гм-м, — произносит она, словно размышляя.

— Что ты действительно хочешь знать, так это увидимся ли мы снова после того, как умрём, — говорю я.

— Ад выглядел не так уж и плохо.

— Слушай, я просто размышляю. Я даже не знаю, есть ли у кого из нас обычная душа.

— Я думаю, что, если один из нас умрёт и оставит другого наедине с собой, это будет полный пиздец.

Я притягиваю её голову себе на плечо.

— Тогда давай не умирать. Смерть — это для лузеров.