Книга «Килл-сити»-блюз, страница 133 – Ричард Кэдри

Я достаю из кармана «ЗИГ» и целюсь ей в голову. Она поднимает Шар Номер 8.

— Говоришь, он срабатывает, когда ты злишься или тебе что-то угрожает? Как думаешь, что я чувствую?

Я опускаю «ЗИГ» и кладу его обратно в карман.

— Что собираешься с ним делать?

— Ну, вернуть законному владельцу.

Она достает из-под платья кулон. Мне знакома его форма. Это ангельский символ Аэлиты. Хэтти трижды целует его.

— Приди ко мне, сестра. Приди и возьми то, что принадлежит тебе.

— Медея.

Всё происходит мгновенно. Голос раздаётся у нас за спиной. Аэлита в деловом костюме Маргарет Тэтчер проталкивается мимо Видока и Кэнди. Задевает меня плечом, проходя мимо.

— Вижу, у вас Комрама.

Медея тычет им в мою сторону.

— Мерзость едва не получил его. Я забрала Комраму у него и теперь хочу поступить правильно.

— Спасибо, сестра, — говорит Аэлита, и протягивает руку за Шаром Номер 8.

Улыбка на губах Медеи превращается в жёсткую прямую линию. Шар Номер 8 выстреливает из её руки, словно пушечное ядро,врезаясь Аэлите в область сердца, заставляя её пролететь через весь вестибюль и врезаться в стену. Из шара вырастают вращающиеся лезвия, которые, жужжа, как дисковые пилы, погружаются ей в грудь. Ужасно слышать крик ангела. Это предсмертный вопль того, кто никогда не должен был умереть и жить достаточно долго, чтобы увидеть, когда Вселенная перевернётся с ног на голову, а теперь смотрит прямо в глотку смерти. Святая ангельская кровь забрызгивает пол и наши ноги, когда Комрама пронизывает грудь Аэлиты и выходит из спины. Она падает на пол, несколько секунд дёргается, пытаясь дышать, пытаясь сосредоточиться на чём-то, помимо боли, своей крови и сломанных костей. Медея не двигается. Шар Номер 8 отлетает от груди Аэлиты и возвращается ей в руку. Аэлита делает ещё один судорожный вдох и исчезает. Смерть ангела. Не оставляет позади себя ничего, кроме ещё одной дыры во Вселенной.

Медея смотрит на меня.

— Её война с Богом была ребячеством, — говорит она. — Она мешала настоящему делу.

— Преследовать меня? Я чертовски польщён.

Медея корчит гримасу. Позади неё Травен распахивает глаза. Он секунду оглядывается по сторонам, не понимая, что происходит. Рукавом вытирает кровь с глаз.

— Тебе хотелось бы думать, что всё это ради тебя, да, Мерзость?

— Из твоих уст это так и звучит.

— Я называю тебя твоим настоящим именем, потому что в одном Аэлита была права. Вселенная выплюнула тебя, как мусор.

— То есть, тебя не будет в нашем круге Тайного Санты?

Травен, пошатываясь, поднимается позади неё. Я придерживаю Бриджит.

— Это… — Медея поднимает Шар Номер 8. — Теперь это займётся настоящим делом. Я вернусь к Деймус и моим истинным сёстрам в Ад, и мы, наконец, вернём Ангра Ом Йа домой.

Я делаю шаг, и она пятится. Прямо в Травена.

— Нет, не вернёте, — говорит он.

Он поднимает кусок бетона размером с кулак и бьёт её по затылку. Медея роняет Шар Номер 8 и бросается за ним. Прежде чем она успевает схватить его, Травен обхватывает её руками за горло и поднимает на ноги.

— Хочешь в Ад? Я могу отправить тебя туда навсегда.

Он прижимается губами к её губам, словно в ужасном поцелуе. Виа Долороза. Он извергает в неё миллионы грехов, которые пожирал на протяжении многих лет, выжигая её внутренности, делая её душу чернее, чем вообще когда-либо могла бытьдуша любого обычного человека. Гарантируя ей самые глубины осуждения на вечные муки.